– О, Пречистая дева! За что мне все это?! – воскликнула Никтея, вскидывая руки и с мольбой глядя в потолок. – Если в следующий раз начнешь мучиться от любви, то, умоляю, скажи мне сразу. Тело с Инсаньей лучше уничтожать как можно быстрее.
Я пару раз моргнул и покрепче сжал стакан.
– С этого места поподробней.
– С радостью, Крис. Люди с Инсаньей, как вы называете это чувство, – перестают быть вменяемыми существами. Взять хотя бы…
– Диомедею. Я в курсе.
– О, ты в курсе?! Значит, легко поймешь меня! Неофрон собирается уволиться с должности, потому что невеста требует от него прекратить гулять под пулями.
– Кто-то еще доставлял тебе подобные проблемы, кроме Дио?
– Крайне редко, но бывало.
– С Инсаньей?
– О да.
– И что же ты им рекомендовала?
– Уничтожить тело, конечно.
– И как, помогает?
– У меня нет однозначного ответа. Но я изо всех сил желаю тебе удачи. Надеюсь, метастазы Инсаньи, еще не успели прорасти к тебе в самую душу…
«А я надеюсь, что их там уже не счесть…»
Ближе к ночи позвонила Диомедея. Общение с Элли явно пошло ей на пользу.
– Что бы ты там ни говорил, я не собираюсь сдаваться, – начала она.
С разбега в карьер – это так… по-диомедейски.
– И тебе здравствуй, – ответил я.
– Не сдамся, не жди. У этой истории должен быть другой конец. Когда я вижу, как мой любимый брат собирается сделать самую большую глупость в своей жизни, я не могу молча смотреть на это.
– Это не глупость, это взвешенное решение, черт бы его побрал, – отрезал я.
– Я хочу заехать к тебе завтра. Можно?
– С одним условием, – я снова перешел на латынь. – Мы больше не будем говорить об этой девушке.
– Хорошо. До завтра, – попрощалась Дио.
– Vale, soror.
Что-то она сегодня подозрительно сговорчивая.
* * *Ночь обещала быть долгой: впервые за очень долгое время я больше не чувствовал усталости и сонливости.