Времени в обрез. Думать и заострять внимание на том, что он первым делом помог надеть ранец Маше, а потом мне, с едва заметной виноватой улыбкой пожав плечами, не стала. Все, переживу и эту потерю. Сколько их было в моей жизни? Привыкла. Затем взлет. Я сидела напротив них и ждала выхода, привычно нервничая. Правда, еще почему-то зудела спина, заставляя ерзать и дергать лопатками. Вот точно, сегодня в последний, ой, крайний раз. Прощаюсь с небом. Небеса – не моя стихия. Я сухопутная крыса!
Поправила шлем, очки, передернула в очередной раз плечами, ощущая тяжесть ранца.
Тут будет реклама 1
Все как всегда – и вот-вот бездна разверзнется под ногами, вызывая ужас и восторг. Игорь проверил крепление камеры – хочет снять наши «пируэты». Подмигнул мне задорно. Я невольно улыбнулась ему, как прежде. Несмотря ни на что, мы по-настоящему дружим слишком давно. Жаль, «баба» влезла между нами. Может быть, нам удастся сохранить дружеские отношения, ведь я хорошо его знаю и отлично понимаю, что отец с Игорем – два сапога пара.
Тут будет реклама 2
Сигнал готовности сегодня почему-то словно бритвой полоснул по нервам. Потом открылся люк – и мне распахнуло объятия небо. Внизу плыли пушистые белые облака, а ветер встретил бешеной лаской, унося прочь грустные мысли. Эмоции зашкаливали, внутри все привычно сжалось, перед тем как сделать первый шаг. Я, самая легкая, вышла первой, затем – Маша, за ней – Игорь.
Сначала, как и планировали, мы с Машей подлетели друг к другу и, схватившись за руки, запищали от восторга.
Тут будет реклама 3
Нам удалось продержаться несколько секунд, в это время мы столкнулись взглядами. Неожиданно Маша скуксилась, в ее глазах за очками блеснули слезы и вина, а губы шепнули: «Прости!» За что ее простить? За то, что Игоря увела? Нашла время извиняться. А дальше наша фигура распалась и, отлетев на должное расстояние, я дернула кольцо.
Сначала возникло ощущение, что меня за шиворот дернули и замотали. Я нервно считала – парашют должен полностью раскрыться.
Тут будет реклама 4
В первый момент не испугалась, все еще бурлил восторг свободного падения. Но как же так, почему ничего не изменилось? Вдруг упала часть строп, концы болтались, словно их мыши погрызли, или… разъела кислота. Замирая от страха, я задрала голову, а там – ветер словно играл с рваными парусами старой яхты. Трепал ярко-рыжее полотнище с дырами, которому уже никогда не стать красивым правильным куполом.
