До того, как прогремит взрыв, мне надо будет собрать все свои силы, чтобы удержать щит. А потом я заберу тени. И в истории начнется новая эпоха. Эпоха Шарлотты Грейн!
Последнюю фразу Шарлотта выкрикнула в полный голос. Замерла, блестящими от возбуждения глазами уставившись на меня. Понятия не имею, какой реакции она от меня ожидала. Неужели надеялась, что я разражусь аплодисментами и одобрительными криками?
— А, ладно, не бери в голову, — после долгой паузы с плохо скрытым сожалением обронила Шарлотта. — Тебе все равно не суждено это увидеть.
И с предвкушающей ухмылкой сделала шаг ко мне.
Я заелозила по полу, силясь подняться. Но тут же гнет чужой воли усилился, и я замерла, с отчаянием почувствовав, что не способна пошевелить и пальцем."
"— Не дергайся, — равнодушно посоветовала мне Шарлотта. — Ты молодец, Оливия. Действительно молодец. Такое упорство и преданность вызывает у меня неподдельное восхищение. Но иногда обстоятельства складываются таким образом, что от тебя ничего не зависит.
От ее утешительного тона, в котором явственно слышалась издевка, мне захотелось плакать. Но я знала, что ни слезинки не упадет с моих ресниц. Ну уж нет, я не собираюсь радовать Шарлотту своими рыданиями.
Хотя, что скрывать очевидное, я трусила так, как не трусила никогда в жизни. И больше всего мне было страшно даже не за себя, а за семью, близких, друзей. Да что там, мне даже Бретани было жалко. И Георга, и Шерон, и всех-всех, кого я знала. Чудовищная несправедливость, что все закончится именно здесь и именно так.
— О, какая храбрая маленькая девочка! — Шарлотта с едва заметным разочарованием вздохнула, так и не услышав от меня ни слова.
Она стремительно вскинула руку, направив указательный палец прямо на меня.
Я не выдержала и все-таки зажмурилась. Вот и все, Оливия. Сейчас все закончится.
Раздался легкий треск, видимо, смертельные чары отправились в свой недолгий полет. Я невольно сжалась, ожидая, что сейчас почувствую вспышку резкой боли. Но этого не произошло. Вообще ничего.