Вообще-то, сам Дэниель признался в том, что его нервы сдают от такого опасного соседства. А он-то мне фору даст в плане распознавания иллюзий.
Я покрепче стиснула зубы, в очередной раз затаила дыхание и посмотрела на Дэниеля.
Взгляд скользнул по белой коже мужчины, по его плечам, перехваченным тугими узлами змеиных тел, по впалому, поджарому животу, спустился ниже…
И тут же стыдливо поднялся наверх, а мои щеки потеплели от смущения.
Дэниель едва слышно хмыкнул, без особых проблем разгадав причину моей неловкости.
Так, ладно. Пока все идет неплохо. Никакая тварь не торопится накинуться на меня. Попробую заглянуть под иллюзию.
Я уставилась на ближайшую змею, которая свернулась клубком на груди Дэниеля. Та зашевелилась, с неслышным шорохом принялась сжимать туже кольца своего гибкого узкого тела. На мгновение мелькнул раздвоенный язык, который невесомо лизнул кожу Дэниеля, как будто пробуя на вкус.
— О небо, — пробормотал он, и его голос заметно дрогнул от отвращения.
Как ни странно, это проявление испуга немного успокоило меня. Значит, не такой уж Дэниель отважный и всесильный.
Змея опять зашипела, подняла голову и встретилась со мной взглядом.
На дне ее черных глаз-бусинок трепетали алые искры. Как будто я видела отблески огня.
Что-то никак не давало мне покоя. Я отрешенно смотрела на Дэниеля, силясь понять, что именно меня насторожило.
Казалось бы, все так просто. Стоит только прищелкнуть пальцами и создать крохотный лепесток огня, как вся эта ползучая, шипящая гадость ринется на меня, оставив в покое недавнюю жертву.
Или не кинется?
— Оливия, — осторожно протянул Дэниель. — Что-то не так?
— Я просто не понимаю, — медленно проговорила я, старательно морща лоб. — Ты говоришь, что эти чары иссушают тебя, питаясь магией. Но сейчас ты не колдуешь. Почему в таком случае змеи не расползлись по всему помещению?
— Наверное, они просто чувствуют мой потенциал, — с легкими хвастливыми нотками отозвался Дэниель. — Оливия, я уже сказал, что они иссушают меня.
— Так-то оно так, но…
Я не завершила фразу, нахмурившись.
Слова Дэниеля звучали вполне разумно. И все-таки что-то по — прежнему не давало мне покоя.
— Если трусишь, так и скажи, Оливия, — обиженно буркнул Дэниель. Ядовито добавил: — Ладно, я тебя не тороплю. Времени у нас с избытком.