Ничего сложного в этом не было, использовалась только лишь глина, куда добавлялись солома, навоз и вода. Для укрепления конструкций в саманную смесь по совету главного инженера добавляли еще речной песок и крошеный известняк из местного карьера.
– На пару десятков лет вам его точно хватит, – успокоил Алексея капитан Мутьев. – А вон в той же Персии из такого же самана все города не одну уже тысячу лет строятся. И ничего ведь, до сих пор они там стоят! Дерева вот, жаль, у вас здесь совсем мало. Без дерева ну очень нам плохо будет строиться.
В начале сентября прибыло три десятка запорожских казаков. За главного у них был здоровенный, чубатый и немногословный старшина Платон.
– До вас генерал видправил, – буркнул он, стоя с независимым видом перед Егоровым.
– Батьку как у тебя звали, старшина? – поинтересовался у него Алексей.
– А шо? Миколой кликали! – сощурился тот, глядя сверху вниз на майора.
– Где же сотня твоя, Платон Николаевич? Их превосходительство сказал, что аж целая сотня запорожцев сюда, на Буг, к нам придет, а тут едва три десятка вместе с тобой будет, – и майор кивнул на стоящих кучкой сечевиков.
– Скильки зобрать зумив! – буркнул тот. – Не больно-то зараз казаки царской власти ныни вверять!
– Так, пан сотник, давай-ка мы с тобой об этом не будем сейчас толковать, у каждого здесь правда своя! Моя правда сейчас – вот этот Бугский рубеж от турок крепко держать. Будешь мне в этом помогать или обиды тут станешь рассказывать? – Алексей прямо и с вызовом посмотрел в глаза запорожцу.
– Прийшов же вже! – проворчал Платон. – Говори, пан офіцер, що тут робити треба?
– Пока с дороги передохнете, а завтра я вас к причалу проведу, – ответил Егоров и, углядев вестового, подозвал его к себе: – Никита, покажи, где казакам переночевать можно? Видишь, люди с долгой дороги устали, все запыленные. Сам знаю, что у нас тут сейчас свободных хат вообще не осталось и все под солдатским постоем заняты. Ну ты там давай, подсуетись немного.