Она проявляла неподдельный интерес к моим пристрастиям и антипатиям, потому что хотела узнать меня получше.
Сосредоточенное внимание Джордан усилило чужеродные эмоции, будоражащие меня с тех пор, как она появилась на экране iPad. К концу вечера я пребывал в задумчивом настроении, терзаясь одним настойчивым вопросом.
Действительно ли Джордан любила моего отца?
Глава 5
Джордан
Настоящее
— Дженна, все готово? – спросила я.
Дженна была на кухне и решала судоку, попивая чай. Она отодвинула и то, и другое, как только я вошла, ее плечи выпрямились.
— Да, миссис Максвелл. Стол в столовой уже накрыт, и я сообщила Ксандеру, что ужин готов.
— Хорошо, – сказала я. — Спасибо.
Я засуетилась, пытаясь чувствовать себя полезной, пока Дженна расставляла приготовленный ранее ужин. Генри вернулся так поздно, что стручковая фасоль с миндалем выглядела сырой и вялой, и я могла сказать, даже не пробуя на вкус, что филе миньон будет жестким из-за повторного разогрева.
Мой муж часто работал допоздна.
"Я прилагала все усилия, чтобы он мог это сделать, но мне не всегда удавалось.
Иногда, бродя по безрадостным коридорам, я чувствовала себя ужасно. Я хотела семейного тепла, а вместо этого обнаружила, что со всех сторон окружена ледяной стеной. Как будто меня раздавили насмерть, взвалив на плечи все тяготы этого холодного дома.
Неудивительно, что ни один из сыновей Генри не любил приезжать в гости. Я не знала, какими были отношения между Генри и мальчиками до того, как появилась я. Они казались напряженными, словно любая попытка разворошить их могла привести к тому, что всё рухнет. У них обоих здесь были комнаты, но Джаспер был единственным, кто останавливался в своей. В старших классах Джаспер учился в Академии Нортлэйк, частной школе-интернате на севере штата Нью-Йорк, а лето проводил с нами.
А вот Ксандера я видела только по телевизору. Мне всегда было интересно, не чувствует ли Генри себя неловко, видя своего старшего сына исключительно через призму социальных сетей, но единственный раз, когда я предложила посетить одну из игр Ксандера, он обвинил меня в том, что я перегибаю палку.
— Ксандер – взрослый мужчина, – напомнил он мне так резко, что я вздрогнула. — Ему не нужно, чтобы ты была там и подбадривала его, словно ты его мать.