Труп пролежит в холодном погребе, не разлагаясь. Герман вернется нескоро, а без него никто не полезет за банками с солеными огурцами.
Три дня спустя она вытащит тело. С наступлением темноты скатит с обрыва. Перенесет в лодку, заранее нагруженную камнями, уплывет подальше от города и сбросит труп на середине реки.
Кира взгромоздила мягкого, будто подтаявшего Карнаухова на спину и двинулась к погребу.
Тридцать четыре шага растянулись на сорок восемь. Но парень был мелковат, а Кира достаточно сильна, чтобы дотащить его до места.
Она расположила его наклонно над ямой, совсем как лодку, которую собираются спускать на воду, и выпустила мешок.
Ей казалось, что бечевки она затянула крепко; должно быть, они развязались из-за толчков. Сверток проскакал по ступенькам, пленка распустилась, как лепестки жутковатого цветка, и мертвец съехал на пол без упаковки. Он остался сидеть внизу, прислонившись спиной к лестнице и грустно свесив набок голову в мешке из-под картошки, сверху похожей на дурацкую шапку.
Некоторое время Кира смотрела на него. Затем погасила свет, опустила тяжелую крышку. Вернула на место полено. Закрыла дверь. Выплюнула размокший пельмень и пошла в дом наводить порядок.
– Где вас черти носят! – яростно набросилась на нее старуха, когда Кира набрала ее номер. – И почему вы звоните? Мы же договаривались, что…
– Там ничего нет, – перебила Кира.
– Что? – опешила Шишигина. – Нет, подождите… Вы хорошо искали?
– Я обыскала весь дом, снизу доверху.
– Позвольте! О чем вы…
– Поверьте мне, Вера Павловна, фотограф ни при чем. Иначе я нашла бы хоть какие-то улики. А там обычный дом.
– Голубушка…
– Вера Павловна, я дико устала. – Она в самом деле валилась с ног. – Голова трещит, похоже, подхватила инфекцию. Пойду выпью аспирин и отлежусь.
Она выключила телефон, не дожидаясь ответа."
"Ну, вот. Так хорошо, так правильно. Незачем Вере Павловне тащить в ее преклонные годы груз лишнего знания.
Три дня. Нужно продержаться всего три дня. Она болеет, и Володя Карнаухов болеет, в этом нет ничего удивительного, вирус распространяется быстро. Спустя три дня все будет кончено. Она напишет записку на его компьютере, распечатает в школе. Спрячет кое-какие вещи. «Прости, дорогой Герман, жизнь в Беловодье для меня невыносима, я скрывал от тебя свое состояние, пока хватало сил, но больше не могу. Другой мир ждет меня.