Я уж думал, сейчас объявит, что у его оболтуса двойка по поведению – для полноты картины, так сказать. Но он и без этого подпрыгнул и, значит, как мальчишка пищит: «Разрешите с сумкой помочь, Кира Николаевна». А она ему в ответ холодно: «Кира Михайловна». И мандарины свои протягивает.
Ну и все враз закончилось. На другой день разобрались, где кто торгует. О том, что накануне чуть не поубивали друг друга, никто не вспомнил, как не было.
– Надо думать, Гурьянову больше никто не называл Кирой Николаевной, – сказал Илюшин.
– Ни одна живая душа, – заверил старик. – Запомнили ее имя-отчество крепче, чем свое.
– А какая у вас надобность была на рынке? – полюбопытствовал Макар.
– Веничком хотел разжиться, попариться в баньке на праздник.
Илюшин двинулся дальше. Активная дамочка, нехотя признал он. Решения принимает быстро, мыслит небанально. М-да…
Интуиция подсказывала, что они с фотографом связаны, но пока никто даже не намекнул на эту связь.
2Утром, спустившись с чердака, Марта обнаружила привычную картину.
Она проветрила комнату, вылила скисшую дрянь. Ломоть белого хлеба, смазанный маслом и густо посыпанный сахаром, положила на комод – съест по дороге.
Перед уходом Марта провела ревизию холодильника.
Каждый раз, когда Галина принималась орать гадости про отца, девочка клялась себе, что утром выльет рассол в унитаз. Бабка грохнется в погреб и сломается пополам!"
"Останавливало ее, среди прочего, одно понимание, которым она ни с кем не могла поделиться.
Сбывшаяся бабка ставила на стол бутылку, словно давила прессом несуществующих чертей, по утрам мутно глазела вокруг, ворочалась, охала, без конца врала, занимала у соседки денег и называла ее дурой; пахла кислятиной; готовила хоть и вкусно, но ужас как грязно – свинья из корыта чище ест.