— Толик, а теперь представь — встречаются твоя Симона совершенно случайно с женой особиста и с женой комитетчика, и у них у всех одинаковый запах французской парфюмерии. А они понять не могут — варум (warum — почему) такая херня? — Кантемиров начал потихоньку ржать. Тоцкий, даже не подумав о том, что с чего это вдруг его Симона будет встречаться с жёнами особиста и комитетчика в городе или в другом месте, представил картину, как женщины принюхиваются друг к другу и не могут ничего понять, улыбнулся и задал вполне логический вопрос:
— А как ты передашь духи этим жёнам?
— Вот! Толик одни духи ты сейчас заберёшь с собой и отдашь нашему особисту в Бресте.
— Договорились, братан. Убираем духи. А за операцию «Парфюм» надо выпить.
— Это обязательно!"
"Друзья допили водку, расплатились по счёту, оставив щедрые чаевые, и собрались было покинуть уютное и дружественное заведение, как рыжий бармен со словами: «Еin Moment bitte» поставил перед друзьями на барную стойку фиер доппельт водка и цвай апфельсафт.
От заведения в честь Дня рождения…
Друзья переглянулись, и Тимур сказал:
— Если откажемся, то обидим наших немецких товарищей.
— Друзей обижать не будем, — согласился Анатолий.
Первые «доппельт водка» маханули за всех присутствующих в этом зале, следующие — на посошок.
* * *
…Первым в заведение под названием «Am Th or» вошёл Кантемиров, за ним Тоцкий. Слева от входной двери, у окна сидел директор Дома советско-германской дружбы и пил пиво. Комитетчик заметил входящих, поднял правую руку и посмотрел на часы.
Прапорщики на входе переглянулись. Тоцкий икнул, Кантемиров пожал плечами и уверенно подошёл к столику:
— Здрасьте, здрасьте, товарищ капитан.
Капитан госбезопасности перевёл взгляд с одного пьяного прапорщика на другого и спокойно кивнул на стулья. У нелегала страх перед сотрудником КГБ был выбит немецкой водкой, но Анатолий пока не знал, как вести себя с будущим куратором, и стоял на месте, слегка пошатываясь.