Совсем скоро прапорщик Кантемиров с тоской вспомнит этот день и пожалеет о том, что сам не поговорил в этот прекрасный вечер с гвардии рядовым Ромасом Драугялисом. Молодого человека больше заботила встреча с любимой девушкой, чем внутренние переживания своего солдата. Даже старослужащего…
В это воскресенье древнегерманский бог Донар, повелевавший дождями и облаками, решил взять отгул и, как нельзя, кстати, уступил место своему родственнику и коллеге, древнегерманскому богу Фро — богу солнца, любви, мира и плодородия.
В десять утра трое бойцов во главе с прапорщиком полигонной команды войскового стрельбища Помсен стояли у кованых ворот низкой ограды дома командующего гвардейской 1 Танковой Армии. Сержант и двое рядовых в парадках, и у каждого за спиной висел солдатский мешок. Плечо прапорщика в форме оттягивала спортивная сумка. По дороге от автовокзала зашли в дежурный магазин гарнизона и закупились пивом, «Вита-Колой», фруктами и овощами.
Для своих солдат начальник стрельбища купил пачку цивильных сигарет «Кабинет». Для Дарьи с мамой — бутылку болгарского красного вина (к мясу). Гулять, так гулять! Копать, так копать! Сегодня полигонная команда угощает генерала с семьёй…
Сам командарм в синем спортивном костюме с крупной надписью «ЦСКА» на спине с утра копошился в начинающем зеленеть саду. Дарьи с мамой не наблюдалось.
Первым заметил Потапова сержант и на правах земляка радостно прокричал в глубь сада:
— Здравия желаем, товарищ генерал-лейтенант!
Михаил Петрович поднял голову, взял лопату в руки и пошёл встречать гостей.
Хозяин дома с улыбкой протянул руку добровольным помощникам:
— Подкрепление прибыло! А я тут с утра пораньше всё один воюю, — генерал-лейтенант махнул лопатой и посмотрел на прапорщика. — Сейчас мои девчата подтянутся.
На звук голосов из дома вышли Даша с мамой. Обе в одинаковых стильных красных спортивных костюмах и белых футболках.
"И если жена генерала улыбалась своей ослепительной восточной улыбкой, то дочь генерала спустилась со ступенек крыльца дома не очень то и весело. Печально и не спеша…
«Ну, что опять случилось?» — мелькнула тревожная мысль под прапорщицкой фуражкой.