Мачта треснула и разломилась с таким хрустом, будто это была высохшая булка. Три спасательных шлюпки перевернулись на наших глазах, люди кричали, но за воем бури мы не слышали их воплей.
Джошуа вытер вспотевший лоб и посмотрел на Патрика.
– Не найдется ли выпить, сэр? – жалобно спросил он. – В горле пересыхает, как вспомню, какого ужаса натерпелся в ту ночь.
Осушив стаканчик джина, привратник повеселел.
– Благодарю вас, – с легкой развязностью сказал он. – Так на чем я остановился?
– Что люди в шлюпках утонули, – поспешно подсказал писатель.
– Пошли ко дну, как размокший хлеб! А мы остались в лодчонке втроем – кок, юнга и я, чудом удержавшись на волнах. Утро мы встретили посреди морской глади, ровной, как простыня. Наступил полный штиль.
– У вас были запасы еды? – спросил Боннэ.
– Очень немного. Мы растягивали галеты, как могли, но было ясно, что троим на них долго не продержаться. Юнга был совсем мальчишка, он то плакал, то молился. А кок молчал и только поглядывал на него как-то странно.
– О боже! – вскрикнула Нора.
Джошуа скорбно кивнул головой.
– Кок прикончил его, пока я спал. У него был нож, и он перерезал бедняге…
– Избавьте нас от этих подробностей, Гибс! – потребовал Патрик.
– Как прикажете, сэр. В общем, мы остались вдвоем, и один из нас – убийца. Но закон есть закон, а я – его верный слуга, пусть даже болтающийся посреди океана. Пришлось мне вершить правосудие своими руками.
– Каким образом?
– Я убил кока, – просто сказал Гибс.
Со всех сторон послышались изумленные восклицания.
– Не может быть!
– Как вы это сделали?
Джошуа пожал плечами:
– Стукнул его веслом, пока он спал. Правда, кок оказался из крепких, а я сильно ослаб, так что расправиться с ним в один присест у меня не вышло. Он очнулся, бросился на меня, завязалась драка. Он выколол мне ножом глаз и пытался полоснуть по горлу!
Все посмотрели на горло Гибса. На коже виднелись многочисленные следы от порезов, доказывавшие, что рука у привратника по утрам не слишком тверда.
– Но в конце концов я изловчился, выхватил у него нож и… В общем, он отправился на корм акулам, а я смог хорошо порыбачить.
Когда смысл последних слов дошел до слушателей, Нора Эванс вскочила, зажала рот рукой и выбежала из столовой. Супруг бросился за ней.
– Извините, если сболтнул лишнего, – потупился Джошуа.
Но виноватым он вовсе не выглядел, напротив – лицо его лучилось удовольствием.