– Игорь Алексеевич, расскажите, как вы съездили, – отвлек его от бомбомета сыщик. – Что удалось узнать? Ваши подозрения оправдались, британцы в самом деле хотят парализовать нефтедобычу в Майкопе? Признаюсь, это до сих пор кажется мне фантазией…
– Фантазией? – неприятно удивился Продан. – Если бы так. В действительности ситуация с кубанской нефтью очень невеселая. Слушайте, если вам интересно.
Капитан закурил – он вообще дымил каждые десять минут – и начал:
– Помните, я вам говорил про Твиди?
– Да.
– Вы говорили с Гукасовым о Твиди? – удивился контрразведчик. – Но зачем?
– Хотел услышать характеристику из уст русского «нефтяного короля». Вдруг скажет что-то интересное? Но Павел Осипович то ли не пустил меня в душу, то ли правда недооценивает своего британского коллегу. Контроль-де – предел мечтаний островитян, но мы, русские, этого не допустим.
– Он хоть догадывается, что такое будет нефть в двадцатом веке?
Лыков удивился:
– А что она будет? Про «черное золото» газеты пишут, но это просто фигура речи. Уголь так же называют.
Продан загасил папиросу о томпаковую пепельницу и заявил:
– Вовсе тут не фигура речи. А главнейшее стратегическое сырье будущего.
Лыков скептически отозвался о словах адмирала:
– Любовь британцев к своему флоту общеизвестна. Она близка к помешательству. Один лишь флот не может выиграть войну, нужна сильная сухопутная армия.
– Нужна, – согласился капитан. – Но для континентальной модели контроля над миром. А островитяне придумали свою модель, морскую. Они насадили базы в узких гирлах морей и океанов: Гибралтар, Суэцкий канал, Кейптаун, Сингапур… В этой модели могучий флот незаменим. Ладно Фишер, он уже уступил свой пост Винстону Черчиллю, восходящей звезде островной политики. Черчилль сразу же подхватил идею адмирала.