– Компании с британским капиталом?
– Две последних да, а первая принадлежит братьям Гукасовым. Англичане и в ней владеют паями, но не контролем.
– Что скажете насчет чисто британских компаний? Есть предположение, что это фондовые мыльные пузыри, которые скоро лопнут.
Арестованный оживился:
– Вы в курсе дела, верно? Для полицейского чиновника довольно странно.
– Я обладаю капиталом и частью его играю на бирже.
Обнаружив общий интерес, собеседники вдруг почувствовали взаимное расположение. Они минут десять обсуждали разные тактики.
– И каково на итог? – заинтересованно спросил мыловар.
– До пятнадцати годовых выгоняю.
– Ух ты! Я так же делал, и причем с хорошими суммами. Но кончалось все одинаково: меня раздевали. Пришел к выводу, что биржевая игра – это как угадать, под каким стаканом горошина. Все равно обманут!
– Кто?
– Сами знаете, кто. Заправилы.
Обсудив биржевые обычаи, Алексей Николаевич вернулся к своим вопросам. Довгило мрачно пробурчал:
– Эх! И мох, и трава, и Химка крива…
– В каком смысле?
– Поговорка такая есть. Это когда все плохо.
– Да, Владимир Аполлонович, дела ваши хуже некуда. Покайтесь, помогите дознанию.
– Я готов.
– Тогда у меня к вам вопрос: что такое «кубанский огонь»?
– Впервые слышу, – недоуменно ответил мыловар.
– Подумайте еще раз.
– И думать нечего. Про «греческий огонь» учил когда-то в гимназии. А кубанский… О чем вообще речь?
Статский советник решил раскрыть карты.
– В Майкопском нефтяном районе было два пожара. Помните их?
– Как же. Тот факел, который открыл нам «майкопское чудо» – это первый. Еще недавно сгорела качалка у Лианозовых, погибли два перса.
– Все правильно. Так вот, мы полагаем, что в обоих случаях были не пожары, а поджоги.
Довгило вытаращил глаза:
– Как поджоги? Кто это сделал?
– Ищем.
Аферист не поверил:"
"– Это невозможно. Все прииски охраняются, с огнем ближе чем на пятьдесят саженей никого не подпустят.
– Верно. Однако зажигательная бомба прилетала издалека. Со ста саженей.