– Будешь упрямится – наденем его на тебя силком! – грубо сказала самая пожилая из служанок, с крючковатым носом и колючим взглядом. – Ты должна благодарить мировое древо за внимание, оказанное тебе Его Кесарьством. Многие об этом мечтают, а ты удостоилась! – Сейчас обращусь в дракона – на него эта тряпка не налезет! Спалю ее к чертовой матери. Туда ей и дорога!
– Не обратишься, – хмыкнула старуха и указала на мою шею.
Я притронулась и ощутила под пальцами гладкую поверхность ошейника из какого-то эластичного материала с розовым отливом.
Черт побери, а я ведь даже не знаю, когда его на меня надели! Скорее всего, это было, когда меня, обнаженную, перетаскивали в купальни. Тогда я ничего не видела и была почти без сознания.
Попыталась найти замок, но нащупала только большое металлическое кольцо посредине.
– Что это за хрень?
– Средство сделать твою драконицу более сговорчивой. Теперь ты готова предстать перед Его Кесарьством. И горе тебе, если посмеешь огорчить его!
Комната Меракса Цезариона располагалась на самом верху Стальной Башни.
Даже не знаю, почему кесарь назвал свою комнату комнатой – на самом деле это были целые покои, состоящие из анфилады комнат и большой открытой галереи. Все здесь было очень роскошно и раздражало глаз – пышные багровые драпировки, позолоченная мебель, мраморные полы с вкраплениями драгоценной мозаики, огромные букеты кроваво-красных роз, источающие слишком сладкий, тяжелый аромат.
Его Кесарьство ожидал меня на балконе. Он сидел, развалившись на троне, и лениво любовался окрестностями.
Это был более удобный и мягкий вариант трона, напоминающий небольшой диванчик.
Перед Мераксом стоял невысокий золотой столик с живописно уложенными фруктами, сладостями и замысловатыми бутылками с напитками.
Дрогнув, я углядела за его спиной низкий одр, укрытый красным шелковым покрывалом.
Все указывало на то, что кесарь собрался приятно провести время.
Приятно в его понимании.
Но явно не в моем.
– Мое любимое место для отдыха, – сказал Меракс, наливая вино в хрустальный бокал, инкрустированный рубинами.
На мгновение мне показалось, что напиток вспыхнул зеленым. Но это было лишь преломление лучей заходящего солнца.
Кесарь чуть шевельнул бокал, наблюдая, как напиток оседает на стенках.