После ужина он ей подарил такую ночь любви, что от этих воспоминаний у неё до сих пор дрожь по телу. У неё такого секса сроду не было. Утром, проснувшись, заказали завтрак, а потом её венецианский принц написал на бумажке сумму, которую она должна была выложить за его услуги.
– За секс?
– Ну а ты как думаешь, за что…
– Это нечестно. Нужно сначала предупредить.
– Если заранее предупреждать, желающих заметно поубавится.
– Ну и как? Начальница счёт оплатила?
– Она была в шоке. Сказала ему, что никогда не платила за секс, предложила убираться ко всем чертям, стыдила, мол, она спала с ним, потому что прониклась чувствами.
– Действительно испугалась? Какая, к чёрту, полиция? Она что, с ним юридический договор или контракт подписывала? Нужно было послать его к едрёне фене.
– Просто ей ещё было очень стыдно. Она никогда не была в подобной ситуации, ну и, видимо, растерялась.
– Одно слово, «попала». Я бы поговорила и с полицейским, и с портье, и ещё бы этого гондольера попросила привлечь за нелегальное занятие проституцией.
– Это ты сейчас так говоришь. А там сработал эффект неожиданности и растерянности. Помимо того что ей пришлось заплатить ему, так она ещё оплатила ужин, дорогое спиртное и завтрак.
– Нормально погуляла твоя начальница, ничего не скажешь.
– Она часто бывает в Венеции, но с тех пор не встречается с венецианскими мужчинами. Они, конечно, красивы, нахальны, но почти все торгуют собой. Позже она узнала, что в Венецию многие состоятельные женщины специально приезжают, чтобы снять жиголо. Платят за каждую ночь по высокому тарифу и кормят своих мальчиков в дорогих ресторанах, покупают им шмотки, водят в ночные клубы.
Что-то подобное я уже слышала от Янки. Действительно, нужно быть осторожнее в этом городе. Я закрыла глаза, отпила вина и торжественно произнесла:
– Здравствуй, сказочный город, стоящий на воде! Люблю тебя!"
"По узким каналам проплывали гондолы, а в них прекрасные гондольеры хорошо поставленными голосами пели о любви.