– Именно! И я даже имел неприятный разговор с русскими по этому поводу. Вот мы и воспользуемся таким удачным стечением обстоятельств.
Спецсообщение в департамент охраны государственной границы…Исходя из сложившейся ситуации и не желая подвергать необоснованному риску личный состав и сооружения заставы, мною принято решение об уничтожении путём подрыва изъятой нами партии противопехотных мин иностранного производства. Данный тайник был оборудован в приграничной полосе неизвестными и обнаружен патрулём при проверке местности.
Указанные действия согласованы со следственным управлением департамента.
Уничтожение будет произведено мелкими партиями на оборудованном для этой цели полигоне.
– И как долго вы тут собираетесь бабахать? – лейтенант Гримальди скептически осмотрел изрядную стопку ящиков, которые привезли на полигон местные пограничники. Неторопливые, как и большинство населения этой страны, они осторожно снимали каждый ящик с машины, придирчиво сличая надписи на них со списком, который находился в руках здоровенного унтер-офицера.
– Пока не могу этого точно сказать, господин лейтенант! Мы ещё не всё разгрузили. Потом мы должны вытащить каждую мину из ящика и определённым образом их уложить…
– До темноты-то хоть управитесь?
– Мы постараемся, господин лейтенант!
Это что же – сидеть тут до вечера, что ли?
– Майерс! – окликнул лейтенант своего заместителя.
Тот торопливо подошёл к командиру.
– Слушаю, сэр!
– Вот что… вы тут проследите, чтобы всё было в порядке. Ну, как положено. Чтобы никто из этих лентяев ненароком не наступил на свой груз. Распишитесь за меня… где им там надо.
– Есть, сэр!
Надо сказать, что у Майерса тоже не имелось никакого желания торчать здесь до темноты. Первое, что он сделал после того, как автомашина лейтенанта скрылась за поворотом, подозвал унтера-пограничника.