— Что со Спичкой? Она сделала, как я велел? — возвращаюсь к насущному, ощущая, как глупо звучит мой вопрос. Наивно и совершенно неправдоподобно.
— Нет, — отвечает и тут же уводит взгляд в сторону, вызывая во мне волну неконтролируемого страха, — она уехала из дома Юрасова с ребёнком и одним из телохранителей.
Прикрываю веки на мгновение, отлично понимая, что эта неугомонная сама мчится неприятностям навстречу. С трудом принимаю вертикальное положение, опуская ноги на пол. И прихожу в себя ещё пару минут, сжимая пальцами матрас со всей силы.
Не разобрать, глаза отрыты или нет. И так и сяк результат один — темнота.
— Что ты творишь, Сабуров? Тебе ещё лежать нужно. Ты едва не скончался от геморрагического шока! — Дени нервничает, волнуется за меня. Как врач знает больше, а потому опасается сильнее.
— Тише, — прошу, — не так громко. Сделай что-нибудь, чтобы я не сдох в ближайшее время. Нужно её найти.
— Отправь своих людей. Они справятся, — чуть спокойнее отвечает товарищ, — мёртвым ты ей не будешь нужен.
А я не уверен, что нужен ей и живым.
Когда тёмная пелена прояснилась, я поднял на друга взгляд. Он год как сыграл свадьбу, и жена не так давно родила. Может, следующий довод окажется весомее.
— У неё мой сын, — произношу так, будто пытаюсь убедить сам себя, что это единственная причина, по которой мне требуется её разыскать.
Но занимаюсь самообманом в который раз. Я даже не уверен, что Юрасов мне не соврал. И всё равно хочу её найти. Увидеть вновь. Ещё не понимаю зачем. Убить или спасти.
Дени выдыхает. Быстро соображает, что к чему, уже не задавая лишних вопросов. Трёт уставшее лицо руками.
— Есть одно сильнодействующее средство. Его применяют военные в случае получения огнестрельной раны на задании. Только знай, что потом будет ещё хуже, чем сейчас. Придётся вернуться в больницу.
Киваю.
Через пару часов полегчало. Состояние было похоже на похмельный синдром. В общем, терпимо. Голова болела, но мозг при этом работал чётко.
— Что-то известно о Серафиме? — задаю вопрос Зелиму, пришедшему в мою палату, пока мне делали перевязку.
Он нервно сглатывает, наблюдая за действиями медсестры. Не поднимая на меня глаз.
— Где-то час или полтора назад нашли тело её охранника на дороге.
Смотрю на него, ожидая продолжения. Сердце замерло в груди, перестав биться.
— Похоже, она успела скрыться.
Эти слова совсем не звучат уверенно.
Зелим раскопал всё, что мог, про её погибшего телохранителя.