Куплю тебя, девочка

Немею еще и от того, как мягко Никита разминает плечи, ведет руками вниз, по ключицам, прямиком к груди, облаченной в обыкновенную футболку.

Какой шустрый…

Усилием воли убираю его руки, разворачиваюсь на крутящемся кресле. Дыхание перехватывает от того, как он смотрит, от того, как белая рубашка натянута на его выпуклых мышцах рук. От того, как мне хочется зубами сорвать одежду, чтобы добраться до десерта. Им меня дразнят. А я в ответ дразню его.

— И? Как встреча, — все же остались во мне разговорные способности.

— Сегодня я без машины, — усмехается он, чтобы завтра с утра от отца не было ни одной претензии.

— А как же человек, который даст тебе кредит?

— Его банк одобрил все. Так что завтра начинаются работы, и вскоре я смогу купить себе машину.

— Значит, — облизываю я пересохшие губы, осознавая развратные перспективы, — Меня ты тоже сможешь взять — вскоре.

— Могу прямо сейчас, — требовательно заявляет он, наклоняется резко и, не дав даже сделать мне глотка воздуха, впивается в губы.

Руки ставит на край столешницы так, что мне не дернуться.

Захватывает в плен, чтобы я полностью отдалась поцелую, так, чтобы я грудью ощущала биение его сердца.

Он правой рукой находит шею, гладит кратко ямочку и касанием скользит ниже, в ворот футболки, находит грудь и нежно, но уверенно сжимает.

Достаёт из бюстгальтера почти сразу и опускает голову, чтобы накрыть губами сосок.

Влажное касание вынуждает меня ощутить сильный импульс, и я хватаю Никиту за его волосы, чтобы не упасть.

Господи.

Господи, Никита, продолжай, ласкай его, соси, прикусывай. Делай это снова, своди меня с ума. Второй рукой он тянет мою руку к своему паху.

— Бля, потрогай его. Я почти подыхаю, как хочу этого.

Тактическая ошибка, и я ею пользуюсь. Отталкиваю его резко, тут же вскакиваю.

— Иди сюда… — недовольно рычит он.

— Мне нужно закончить работу, — пожимаю я плечами, при этом даже попытки не делаю скрыть грудь. Она так и горит от его ласки, под его взглядом.

— Я не смогу спокойно сидеть и смотреть, как ты херней страдаешь, — ругается он.

 — Ты же понимаешь, что это все дерьмо никому не помогает? В Госдуме нужно быть, законы принимать, а не деньги буржуев отмывать и им в лицо улыбаться.

— Знаю, — до меня быстро доходит, что люди вкладывают в благотворительность, чтобы выглядеть святыми в глазах общества. А Мелисса этому потакает, хотя в реальности никому не помогают. Лишь поощряют людей к беззаконию.

Эротическое настроение падает стремительно. Было и нет.