Ссориться с профессором Хаттер в мои планы не входило. Оставив Шеойла под присмотром Фессы, я захватила латонские цукаты и направилась к ""главной бытовичке"" Академии. Остановившись перед нужной дверью, досчитала мысленно до трёх, а затем постучала.
Дверь открыла сама профессор Хаттер, хотя могла бы и воспользоваться магией.
– Доброе утро, Адарнелия Эмильрин. Что-то случилось?
Ага. Даже не представляете сколько! Но я промолчала. Незачем ей пока знать о наших с Гленарваном ночных открытиях.
– Доброе утро, профессор Хаттер.
– Проходите. Я как раз сейчас просматривала наши заметки.
Вручив декану сладости, я переступила порог.
Поблагодарив за цукаты, профессор Хаттер сварила свежий кофе. Попивая крепкий напиток, мы действительно обсудили все аргументы. После того, как все предложения заняли своё место в синей папке, я попробовала ""закинуть"" удочку.
– Да, как-то грустно всë это. Мне всë не даёт покоя Ваш рассказ про Академию.
Профессор Хаттер отпила немного из своей чашечки.
– Ну почему же сразу? Первые несколько лет после смерти моего отца Академия продолжала существовать по старым правилам. А потом постепенно вышло, что вышло... Если хотите более точные данные, можем посмотреть в моих дневниках за тот период.
– А можно?
Профессор Хаттер улыбнулась и открыла соседнюю с гостиной дверь.
– Прошу!
Что могу сказать... Впечатляло!"
"Глава 37.Выводы и тонкости общения"
"Всю комнату от пола до самого потолка занимали книжные шкафы, на которых ровными рядами стояли книжечки-дневники, различающиеся по цветам. Причём, я так поняла, что определённый оттенок отвечал за какой-то период, так как иногда несколько полок были заставлены корешками одного тона.
Профессор Хаттер ненадолго задумалась, а затем чарами начала снимать некоторые свои дневники с разных полок.
– Вот, посмотрите сюда, Адарнелия Эмильрин. Один из студентов в порыве случайно ляпнул, что его никогда не отчислят, ибо за поступление родители отвалили ""серьёзный куш"" и Академии будет просто не выгодно.