Только не вздумайте уточнять у алхарристера или его сослуживцев, правда ли они пожирают младенцев. Говорю сразу: даже моë заступничество не спасëт – разорвут на части за нанесённое оскорбление быстрее, чем успеете моргнуть. Демоны не столь сдержанные, как Тëмные. Кстати, трогать местные кустарники не советую: их кора пропитана кислотой. Прикоснëтесь, и увидите, какого цвета ваши кости.
И я ушла к пограничникам. Пока они по моей просьбе уточняли данные по Кранадесу, я стояла у широкого окна и наблюдала за шатающимися фигурами профессора Варнхофа и Нокса, пытающихся дойти до шлагбаума.
– Госпожа, за что Вы так с ними? – поинтересовался вставший рядом алхарристер Сорш.
– Да вот утверждали, что можно за две недели осмотреть Тëмные земли.
Сзади нас раздался гогот пятнадцати глоток.
– Сказочники... – покачал головой самый молодой пограничник в звании алхана.
Я отпила немного травяного чая, любезно заваренного дежурным по кухне демоном:
– Вы даже не представляете какие...
Десять метров.
– Госпожа, официальную справку написать? – обратился ко мне алхарос, занимавшийся просмотром архивных регистрационных книг с помощью артефакта-поисковика.
– Буду премного благодарна.
Спустя пять минут мне вручили справку о том, что никто по фамилии Кранадес не пересекал границу Тёмных земель за последние пятьдесят лет.
– Официальное заключение от пограничной службы Тëмного владыки о том, что профессор Кранадес никогда не пересекал границу Тёмных земель.
Убрав бумагу в сумочку, я вцепилась обеими руками в мантии лежащих и переместилась обратно в кабинет ректора.
***
При нашем появлении Гленарван встал из-за стола и подошëл к перепачканным кровью и слюнями телам:
– Что с ними?
– Атмосфера Тёмных земель выжгла их лёгкие. Зовите целителей. Им на месяц работы хватит. А у нас будет почти четыре недели относительного спокойствия.