– Сколько?
– Вы… сейчас о чем?
– О днях! О чем же ещё?
– День-два. Даже день, скорее всего.
– Мало.
– Больше не могу.
– Что ж… Значит, что имеем.
* * *Она устроилась у него на груди. Проснулась оттого, что рядом билось чужое сердце. Даша лежала, притихнув. Спать не хотелось, хотя по её ощущениям она проспала нет ничего. Может, часов пять.
Тук… Тук-тук…
Даша не спешила открывать глаза. Ей нравилось слушать, как бьется под щекой сердце Григория.
Она это сделала. Пустила Зимина в себя. И разговор не про тело.
Боялась ли она заниматься с ним сексом? Вот тут уже сложнее. Она подталкивала себя, раскрывая те ресурсы, о которых не подозревала. Или они были в ней всегда, но она предпочитала не обращать внимания?
Какая теперь разница.
Она собиралась двигаться вперед.
Только вперед.
И ни шагу назад.
Вместе с Григорием.
И Русланом."
"Ей надо с ним поговорить. Он приходил накануне, но их встреча прошла скупо, в основном Руслан говорил с врачом и Гришей.
Руслан Коваль – её отец.
Па-па.
Она пробовала мысленно катать привычное с детства слово по-разному.
О-те-ц.
Какой образ у неё возникал перед внутренним взором?
Даша прислушалась к себе. Раньше тот мужчина, который её воспитал, и, несмотря ни на что, на любые изменения в её жизни, так и останется её папой, в памяти воспроизводился в одиночестве.
Более высокий, сильный мужчина с волевым лицом и жестким взглядом.
Кто-то вмешался в их судьбы, раскидал в разные стороны, лишил прошлого. Но у них есть настоящее, и может быть будущее. Вот об этом и стоит думать.
Даша обязательно попросит, чтобы Руслан сегодня приехал. Она хотела его видеть. Она готова к разговору.
– Ты чего не спишь? – слегка сонный голос ворвался в её сознание.
А потом теплые губы прикоснулись к её затылку, и рука, что удерживала за талию, сжала чуть сильнее.
Даша зажмурилась. Пусть между ними вчера был умопомрачительный секс, она продолжала его стесняться. Немного, чуть-чуть… Снова впустить в свою жизнь Григория Зимина непросто. Довериться.
Принять.
Влюбиться?
Даша зажмурилась сильнее.
– Эй, Снегурка, ты что?
Из голоса Гриши мгновенно исчезла сонливость и появилась обеспокоенность.