— Говорит Артём размешивая чайной ложкой сахар в чашке с кофе. Его карие глаза не отрываются от меня ни на секунду. Как заворожённый любуется и боится, что силуэт вот-вот растворится в воздухе. — Точнее я тут вообще ни при чём. Я выписался из больницы, а там уже Сухарев меня и нашёл.
— Надо будет отблагодарить и Дмитрия, и Пал Семеновича. — Надламываю кусочек чизкейка и отправляю к себе в рот. Наши взгляды с Артёмом встречаются, чувсвую бурлящее ощущение в районе солнечного сплетение и неосознанно улыбаюсь. — Я как будто заново родилась, когда услышала, что мы с Зуевым разведены.
— Это всё связи, Алис. И казалось бы, при чём тут одинокий старик? Но и у того нашёлся припрятанный в кармане козырь. — Улыбается в ответ мужчина. — Кстати, не поверишь, но Дмитрий хорошо знает Татьяну.
— Тати? — Удивляюсь. — Ты говоришь про мою бывшую подругу, правильно?
— Оказывается Ковалёва Татьяна Кирилловна знаменитость среди буржуев.
— Что? — Удивляюсь ещё больше. Мои брови взлетают выше лба! Без шуток!
— Разбила два брака. Есть внебрачное дитё, которым она пыталась манипулировать богатого дяденьку. По итогу была выставлена в одних трусах за порог, а ребёнок остался с папой. Мальчишке сейчас семь, в школу пошёл.
— Надо же. — Ахаю я. — Я и не знала. Она уезжала, как-то на полгода, но я и подумать не могла, что за это время Таня родила… Да и про такую бурную личную жизнь тоже не знала.
Тати мне казалась всегда порядочной! Нет, ну не совсем, конечно… Да! Она не могла найти своего человека, были беспорядочные половые акты. Металась от одного к другому. И о её мечте выйти замуж за миллионера, тоже знала! Но никогда не осуждала и у меня язык не поворачивался назвать её дурным словом.
Даже и подумать плохого не могла про неё… Частая смена партнёров, это же не всегда является шлюхинизмом… Иногда это означает неразборчивость в мужчинах, не более… Но Таня оказалась именно той, кого нужно называть тем самым ужасным словом.
— Знаешь, что самое интересное? — Улыбается Артём, на что я пожимаю плечами. — Она пыталась к Сухареву в трусы залезть. Он дядька серьёзный, отворот-поворот ей дал, а та возьми и переспи с его водителем.
— Отвратительно… — К горлу подступает тошнотворный ком. Какая же она падаль…Без принципов, без чувства достоинства! Казалось бы, девочка с золотой медалью, из порядочной и интеллигентной семьи.