Он нервничал, кровь прилила к лицу. Чего доброго, удар хватит. Сергей Эрастович даже подумал: нечего было обхаживать гостя, засунули бы в камеру, целей был бы.
Нарочно не замечая виновника ранней побудки, Лебедев нацелил сигарилью на того, кто следовал за директором Департамента.
– Ну конечно! – гаркнул он столь бодро, что портье вздрогнул. – Я так и думал! Кто ж еще не даст поспать в праздничное утро! Какие могут быть сомнения!
– Доброе утро, Аполлон Григорьевич, – Ванзаров прикрыл собой Зволянского, который робел перед неуемной личностью.
Лебедев взлетел с кресла птичкой, в руке у него объявился саквояж.
– Вы ужасный человек. Не знаете ни праздников, ни отдыха, ни застолий. Одна служба на уме. Еще и не женаты… Настоящее чудовище, – глаза его сыпали веселыми искорками.
– Господин директор, где место происшествия? – спросил Ванзаров, не замечая милых шалостей.
– Люкс на втором этаже, у номера филеры, – ответил Сергей Эрастович, отходя на шаг и предоставляя полную свободу действий.
Ванзаров пошел по лестнице. Шагнув через две ступеньки, Лебедев догнал, и взял под локоть.
– Что-то серьезное? – спросил он без балагурства. Лицо чиновника сыска не располагало к шуткам.
– Убит варшавский спирит Самбор. Князь Оболенский выписал его для частного сеанса с далеко идущими планами. Зволянскому было поручено беречь Самбору как зеницу ока.
– А, вот в чем дело… Уже видели тело?
– Господин Зволянский повез на аудиенцию к князю, где объявил меня виновным в происшествии.
– Вот подлец, – с чувством проговорил Аполлон Григорьевич. – Не переживайте, друг мой.
– Не имею такой привычки.
– Что же мрачны?
– Стефан Самбор был единственный, кого Генри Слейд обучил выходить в четвертое измерение… Если верить рыжей ведьме, которая вам понравилась.
– Знакомый лабиринт?
– Посмотрим – узнаем, – ответил Ванзаров.
Стену около номера 202 подпирала пара субъектов столь серой внешности, что запомнить их было почти невозможно.
– Здравия желаю, ваше благородие, – приветствовал старший.
Ванзаров коротко кивнул.
– У кого ключ?
– Не заперто, ваше благородие.
– Внутрь заходили?
– Никак нет… Его превосходительство приказал охранять, как оставлено, – судя по строгости, филер был напуган. Как и его напарник.