Какие пустяки! Что вы, Попков, как девица-недотрога… Не желаете – как знаете. Обязан проверить ваши рефлексы… Да не бойтесь, не притронусь к вам… Просто повторите за мной, – Аполлон Григорьевич замотал головой мелкими движениями, будто хотел вытрясти из ушей застрявшую соломинку.
Филер резво повторил.
– Чудесно. Рефлексы в норме, – Лебедев повернулся, сделав знак, заметный и понятый тому, кому предназначался.
– Сидите, Попков, не беспокойте рану, – сказал Ванзаров, поманил Курочкина и спросил шепотом: – Ваши люди «на гуся» получили?
– Так точно, – ответил Афанасий.
– Сколько?
– Как принято: оклад.
– Когда выдали?
– Неделю назад… Родион Георгиевич…
– Тихо, Афанасий, – оборвали его.
Лицо старшего филера выразило глубокое непонимание.
– Так ведь… – начал он и прикусил язык. Под таким взглядом некоторые его бы откусили.
– Левый карман брюк Попкова… Аккуратно, как будто получили приказ…
– Так точно, ваше благородие! – отрапортовал Курочкин, быстро подошел к филеру, будто желал передать ему приказ, и внезапным движением, которому позавидовал бы карманник, вытащил портмоне.
– Отдайте! Это мое! – закричал он.
Раскрыв портмоне, Ванзаров вынул пачку новеньких купюр.
– Получили наследство?
– Подарок на Рождество… Отдайте…
– Здесь более двух тысяч, – Ванзаров покрутил пачку.
– Вас не касается! Это частное! Отдайте! – от волнения Попков не замечал, что кричит и брызжет слюной.
– Портмоне лежало во внутреннем кармане пальто Стефана Самбора. Рассказать, как оно оказалось у вас?
Повисла тишина, какая бывает перед бурей. Как уверяют туристы.
Лицо Попкова перекосилось, он сунул руку в пиджак, выхватил револьвер, шустро отскочил и нацелил ствол.
– Отдайте, господин Ванзаров, добром прошу… Отдайте…
– Извольте, – сказал Ванзаров и сделал резкое движение кистью.
Многие мечтают, чтобы деньги сыпались с неба. Ну или с потолка. Мечтают многие, но увидеть довелось избранным. Филерам повезло. Они зачарованно смотрели, как денежки неспешно кружатся и падают, будто наступил волшебный, праздничный, чудесный деньгопад, будто сбылось загаданное желание, будто настала сытая и безбедная жизнь, одно веселье. Куда там гипнозу до падающих денег, которые можно набирать сколько захочешь. Попков смотрел, раскрыв рот.