она давно уже покоилась в могиле. Однако о таких людях, как Шеридан, слагали легенды, и слава об их былых подвигах не меркла. Шарлотта радовалась, что папа сохраняет с Шерри дружеские отношения, ведь хотя Шерри умен и остроумен, он теперь далеко не красавец, и (сурово говорила себе Шарлотта) вторая жена Шеридана вряд ли считает его примерным мужем.
Шарлотте гораздо больше нравился галантный мистер Адамс.
Танцуя, она поглядывала на отцовский профиль: пухлое лицо было очень приятным, а при взгляде на симпатичный, слегка курносый нос сразу становилось весело и все сразу понимали, что человека с таким носом можно не опасаться.
Вслед за ними в танец вступили и другие пары. Бал начался. Через некоторое время принц подвел Шарлотту обратно к герцогине и сказал, что она танцевала хорошо. Затем Шарлотта танцевала с дядей Фредом. Это было очень весело.
— Это очень неприличный танец, — сказал дядя Фред. — Его прилично танцевать только с родным дядей. Тогда все благопристойно.
— Что ж, тогда у вас раз в жизни появился шанс вести себя благопристойно, дядя Фред, — сказала Шарлотта. Ее реплика рассмешила дядю Фреда, его вообще легко было рассмешить.
Потом Шарлотта вальсировала с мистером Адамсом; это было немного вызывающе, но восхитительно, поскольку для столь пожилого мужчины он танцевал очень хорошо.
Слышать это было приятно. Кроме того, они смогли поговорить про Мерсер, ведь Мерсер приходилась родственницей покойной жене мистера Адамса. Шарлотта принялась превозносить многочисленные достоинства Мерсер; она сказала мистеру Адамсу, что Мерсер — ее лучшая подруга и она не мыслит себе жизни без нее. Мистер Адамс выразил радость по поводу того, что его родственница — хоть и не кровная, а по линии жены — оказалась столь полезной принцессе, однако посоветовал ей выражаться сдержанней, обсуждая достоинства Мерсер с посторонними, ибо вокруг такой высокопоставленной юной леди, как милая принцесса Шарлотта, много недоброжелателей и они постараются помешать этой дружбе, если осознают, сколь она серьезна.
Шарлотта внимательно выслушала мистера Адамса и припомнила бабушкино замечание насчет «близких привязанностей».