Для Генри гораздо важнее не огорчить короля.
— Да... принц — всего лишь принц... пока. Но разве мы не должны думать о будущем?
— Человек всегда должен думать о будущем.
— Мария Фитцгерберт сказала, что Его Королевское Высочество вскоре приедет поговорить об этом деле. Я думаю, вам следует напустить на себя глубокомысленный вид, покачать головой* и сказать, что дело невероятно трудное, но вы постараетесь угодить ему. Дайте принцу понять, что вы готовы постараться ради него, что вам важно угодить ему. А затем, может быть, и стоит отдать ребенка Марии Фитцгерберт.
— Но если суд скажет, что девочку нужно вернуть ее тетке Уолдергрейв..."
"— Мой дорогой Френсис, вы глава этой семьи или не вы? Пусть судебный процесс идет своим чередом. Вполне может быть, что суд вынесет решение передать опеку над девочкой лорду Генри. И тогда вы выступите как глава семьи и заявите, что лучшего опекуна для Мэри Сеймур, чем Мария Фитцгерберт, не найти. Принц, мой дорогой Френсис, будет вам за это вечно благодарен.
Лорд Хертфорд улыбнулся своей чопорной, элегантной супруге.
— Вы правы, как всегда, Изабелла, — сказал он.
***
Принц сдержал слово. Он дал понять, что ему хотелось бы навестить Хертфордов, и был радушно принят в их доме. Принц принялся расписывать, как ему хочется, чтобы Мэри Сеймур продолжала жить у Марии, и Хертфорды пообещали ему свою поддержку.
— Ваше Высочество, надеюсь, понимает, как это трудно, — молвила леди Хертфорд.
Принц посмотрел на свою элегантную собеседницу и нашел ее очаровательной. В ней было удивительное изящество. А какая фигура! И движется она так грациозно... просто удовольствие смотреть, как она ходит по комнате. Наряд леди Хертфорд тоже ему понравился.
Он был рад, что дело Мэри Сеймур привело его к Хертфордам.
Леди Хертфорд предложила обсудить все детально, поскольку это может подсказать им какой-либо выход из создавшегося положения.
Она одарила принца любезной улыбкой, в которой не было ни капли искренней теплоты.