И все же он чувствовал себя так, будто его подстрелили. Мужчина ощутил толчок, который прошел по всему телу ударной волной, которая сбила бы его с ног, если бы он стоял.
Люблю.
Эти слова вызывали массу жутких воспоминаний. Они были его худшим страхом, ставшим реальностью.
Жаклин продолжала говорить. Он видел, как двигались ее губы, слышал резкие звуки, но не мог разобрать слов.
Он всматривался в ее раскрасневшееся лицо и видел неистовую энергию в ее глазах. Боль и непокорность одинаково сверкали в этом взгляде, буквально сдиравшем с мужчины кожу.
Что он наделал?"
"Мгновение спустя он встал и направился к двери, потом к окну и обратно. Сейчас девушка молчала, глядя на него своими огромными затуманенными глазами.
- Ты, должно быть, шутишь.
Это не могло быть правдой.
Но Жаклин не играла в игры. С первой же секунды она была открытой, а не притворной. Всегда такая, какая она есть. Без каких-либо женских хитростей.
Девушка смотрела на него своими глазами, чересчур большими для ее лица, ее влажные волосы были растрепаны по плечам, а вокруг стройного тела обернуто пушистое полотенце.
Девушка смотрела так, словно он был чем-то неприятным, с чем ей случайно пришлось связаться.
- Я не говорю того, что не имею в виду.
Ее хриплый голос посеял в нем панику.
Асим покачал головой, пытаясь прояснить это, говоря себе, что произошла ошибка.
Это было ошибкой с самого начала!
Он был настолько озабочен ею, позволив лихорадке притяжения овладеть собой, что не мог даже оторваться от девушки.
Вместо того чтобы отступить или прояснить основные правила их отношений, он окунулся в эту интрижку с такой целеустремленностью, какой раньше за собой не замечал.
Но Жаклин была не такой, как его обычные любовницы, - опытной, элегантной, готовой двигаться дальше, когда придет время, хоть некоторые из них и сожалели об этом.
Жаклин слеплена из другого теста.
Говорят, женщины смешивают секс и любовь. Может, это и произошло? Возможно, у нее возникли причудливые романтические мечты насчет него, потому что именно он открыл ей глаза на мир чувственных наслаждений.
Асим потер подбородок, шорох от прикосновения к щетине громко раздался в мучительной тишине.
Почему он не предпринял никаких мер предосторожности? Это было своего рода минное поле, которого он стремился избежать всю свою жизнь.