Ларс

Я не успел сделать и шага, как игла с кончика ее волос вошла в глотку Гунульфа. Его предсмертный всхлип и чуть приоткрывшиеся глаза поставили точку в нашем долгом противостоянии.

Эса встала, ее плечи тряслись в молчаливом плаче. Ага влажными глазами окинул ее взглядом и приобнял сестру.

Я отвернулся от них. Противоречивые чувства. Долгожданная победа пьянила. В то же время мне тяжело понять чувства сестры собственноручно убившей брата и оплакивающей его смерть вместе с другим братом. Все как-то тяжко в эмоциональном плане.

Встряхнув головой, я сбросил наваждение. Мы победили. Немногочисленные беглецы сумели доплыть до драккаров и уплыли. Около 7–8 судов отходили от берега. Наши лучники поливали ближайших роем стрел. На всякий случай.

Я поднялся на большую бочку, которая стояла неподалеку, чтобы оглядеть поле боя. Сражение закончилось. Враг побежден. Меня увидели мои воины.

– Лааарс! – разнесся клич по полю.

– Ларс! Ларс! Ларс! – скандировали мои воины.

Я поднял своих близнецов. Пьянящая радость победы сводила с ума.

Мое имя становилось символом победы. Ходот, Куляба и Радомысл, которых я разглядел неподалеку, присоединились к громогласному возгласу воинов.

– Ларс! Ларс! Ларс! – скандировала армия.

Вот и замечательно. Еще один шаг к созданию государства сделан.

Голос армии – мой!

Эпилог

Хольмград, зима 826 г.

Я стоял на крепостной стене Хольмграда и разглядывал пристань, где пришвартовался корабль, который еле смог найти место для причаливания. Все-таки Гунульф «подарил» нам огромное количество кораблей, которое мы до сих пор не смогли «переварить», нам даже пришлось расширять причал.

Большую часть кораблей мы отдали союзникам. Хотя нет, не союзникам, а моим вассальным князьям."

"После той битвы у озера наша армия вернулась в Хольмград. На союзном импровизированном вече было решено создать небольшую крепость на Ладоге для предотвращения набегов с севера. Часть трофеев с кораблей доставили в столицу словенов, так как это были товары с грабежа нашей столицы. Остальное я щедрой рукой раздал своим войскам, не обидев и князей.

Радомысл и Гостомысл одобрили этот жест. То вече было историческим, так как было решено создать новое государство. Я до сих пор вспоминаю этот момент с легкой улыбкой.

– Мы впервые смогли собрать столь грозную армию, – громко голосил Радомысл, размахивая протезом, стоя рядом со мной – а главное, что потери у нас совсем маленькие. Мы смогли победить врага, превосходящего нас по силе и потерять всего тысячу воинов.