Он, не мигая, пялился в дверной проем.
Проследив за его взглядом, мне тоже стало немного не по себе. Там стояло нечто, по форме похожее на бочку с руками и ногами. Это был «Обеликс на минималках». Такие же рыжие усы и глаза пучком, необъятный живот и ноги-колонны. Ему бы еще бело-голубое полосатое трико и можно было бы состязаться в кастинге с самим Депардье.
– Ага, – провыло это нечто, растягивая последнюю букву.
Оно ворвалось в камеру, буквально поглощая все свободное пространство. Взбрыкнувший было воевода, наверное, по скудоумию схватившийся за топорик, был небрежно опрокинут лапой этого чудища.
Из-за его могучей спины проскользнули Аршак с Эсой. Джуниор светился, как начищенная золотая монета. Эстрид же, недовольно фыркая, причитала про недалеких и бестолковых княжичей, которые и шагу не могут сделать без пригляда Эсы. При этом, она не забывала освобождать меня от кандалов, орудуя найденными молоточком и зубилом.
Моя радость от встречи с ними, видимо, была написана на лице, так как, увидев мою счастливую физиономию, Эса закатила глаза и перестала ворчать, сосредоточившись на моем высвобождении.
Пока Эса меня освобождала, Аршак ввел меня в курс событий. Оказывается, когда меня похитили с харчевни, Эса с Аршаком успели поругаться и решили обратиться ко мне, как к третейскому судье. Суть спора они не разглашают, но, когда мои спутники дошли до харчевни, то увидели неприглядное зрелище по волочению моего тельца в телегу.
К величайшему удивлению моих компаньонов, в соседней камере, в которую они сунулись по незнанию, был обнаружен Ага, брат Эсы. Именно поэтому Аршак довольным павлином поглядывает на воительницу. Аршак-старший, по мнению Джуниора, оказался не при чем. Агу же нашли у воеводы.
Кстати, Ага – почти немой.