– Да пусть бежит. Так даже лучше. Вот и свидетель есть, что мы его отпустили с миром, – я кивнул в сторону второго пленника, – верно, дружок?
В ответ эта здоровая детина болванчиком закивала головой.
Бегство воеводы, либо сыграет мне на руку и мне никто не сможет вменить в вину самосуд, либо вскроет смоленскую язву бунтовщиков, так как Рогволду придется форсировать планы по захвату власти. Со свидетелем отлично получилось. Так действительно лучше.
Он подтвердит то, что мы его не судили, не убивали и отпустили.
Решив отпустить с миром смоленского воеводу, каждый занялся своим делом. Я с Аршаком пошли принимать гигиенические процедуры, а Эса развела костер для ухи. Ага уже закончил разделку тушек.
Завтрак из наваристой ухи можно считать варварством и издевательством над не проснувшимся еще желудком, но, что удивительно, мне понравилось. Благодарность Аге в виде опустевших мисок и сытый взгляд потешили его и подняли настроение силачу.
После завтрака мы направились к лодке и поплыли на городскую пристань прихватив пленника, обещавшего вести себя смирно. Эса сказала, что Радомысл будет ждать утром именно там. Встретившиеся нам по пути рыбаки провожали нас неласковыми взглядами. Аршак говорит, что они посчитали нас за конкурентов, которые уже возвращаются с промысла, оставив их без рыбы. Это было странным, так как полноводная и чистая река буквально кишмя кишела всевозможной живностью.
Путь до пристани был довольно долгим. Я даже успел слегка вздремнуть. Когда на излучине реки появился город, а за ним и пристань, я обрадовался.
По ходу, мне предстояло выдержать знатную порку. Хотя, с какой это стати? Меня похитили и пленили. Мне удалось сбежать и дать по мордасам обидчикам.
Более того, я даже раскрыл заговор против князя. Даже целый свидетель имеется.