— Вы же нуждаетесь?
Я сделала строгое и непреклонное лицо и покачала головой.
— И все же, нет.
— Будь по-вашему, — Александр не стал спорить и принял у меня купюру, — но можете не сомневаться, я обязательно вернусь. А если вдруг обстоятельства не позволят мне этого сделать, вот моя визитная карточка. Вы всегда сможете разыскать меня.
Теплая от его ладони визитка перекочевала ко мне. Пришлось сделать вид, что я внимательно читаю его имя.
— Маркиз дель Гранже, — кивнула я.
— Для вас просто Александр. Можно без титула.
Не успел он спрятать бумажник, как колокольчик звякнул вновь.
Мы дружно обернулись к двери. На пороге стоял мой вчерашний женишок. На этот раз какой-то помятый и не прилизанный, а наоборот взъерошенный.
Рука сама потянулась к сковороде. Сама же и отдернулась под внимательным взглядом маркиза.
— Энтони, — проговорила я раздраженно, — что вам здесь надо? Если не ошибаюсь, мы вчера все с вами выяснили.
«Жених» поднял палец вверх, выпятил губу, весь надулся и произнес обиженно:
— Ошибаетесь, Наташа, не все.
Глава 6.3
Вот как? Что еще за новости? Я вновь покосилась на сковороду.
— Я думал всю ночь и решил, что вы обязаны вернуть мне кольцо, — палец указал на тоненький золотой ободок с голубым камешком на моей руке, — и шкатулку, которую я подарил вам на помолвку. Эти вещи дарят невесте, а не такой, как вы. Такой…
Александр Витторио сделал шаг вперед. Взгляд его стал ледяным и опасным, как лезвие кинжала.
— Не забывайтесь, — проговорил он с угрозой, — вы сейчас разговариваете с порядочной девицей.
"Я посмотрела на него с благодарностью. Поспешно стянула с пальца кольцо и положила на стойку.
— Возьмите, мне от вас ничего не надо.
Антон даже и не подумал приблизиться.
— Еще шкатулку! А в ней мыло, перчатки и духи! — выкрикнул он запальчиво. — Без шкатулки я не уйду. Вот же скупердяй. Я совершенно не знала, что делать. В вещах Наташи Риммель не было никаких шкатулок.
— У меня ее нет. Я сюда приехала без нее.
Женишок аж покраснел от возмущения.
— Не хотите отдавать, значит, верните деньги! Я не уйду, пока не получу свое.
Мне было так тошно от его присутствия, что захотелось отдать все, что есть, до последней монеты, лишь бы этот слизняк не тревожил больше меня своим присутствием.
Но Александр остановил меня движением руки.