Он оглянулся на меня, и его глаза просили о помощи. Такое он делал много раз, и многие из волков тоже. Сегодня Ричард это видел, понимал и не собирался терпеть.
Он схватил Грегори за руку и попытался оторвать его от Стивена. Стивен вскричал и вскинулся на руках Джемиля, обеими руками цепляясь за брата.
С меня хватило. Плевать мне, что Белль все слышит. Я пошла к стае.
— Ричард, ты поступаешь жестоко.
Он не прекратил попыток расцепить братьев.
— Я думал, ты хотела, чтобы я был жесток.
— Я хотела, чтобы ты был не жесток, а силен.
— Ты сильна — и ты жестока.
— На самом деле я сильна и практична, но не жестока.
Я уже стояла возле них и понимала, что не посмею ни к кому притронуться. Стоит мне тронуть Ричарда или близнецов, и насилие перейдет на новый уровень. Я это чувствовала.
Стивен жалобно визжал, как младенец, которого поедают заживо. Он скреб руками, стараясь удержаться за Грегори. Грегори плакал и старался не отпустить Стивена.
— Практичность — это сказать, что ты выставляешь нас слабыми перед членом Совета. Жестокость — сказать, что я стала Больверком, потому что ты слабак и сам им быть не можешь.
Он перестал растаскивать близнецов, и Джемиль воспользовался моментом, чтобы ускользнуть с ними. Конечно, при этом он оставил меня с Ричардом лицом к лицу. И это был один из тех моментов, когда я понимала, насколько Ричард внушителен физически. Он из тех крупных людей, которые обычно не кажутся крупными, но вдруг начинают казаться, и тогда ты бросаешься наутек — обычно слишком поздно.
Мы стояли, вызверясь друг на друга. Я не злилась, пока он не стал давить на Стивена и Грегори. Но когда я разозлюсь, я обычно остаюсь в этом состоянии. Я наслаждаюсь собственной злостью — такое у меня единственное хобби. С десяток едких замечаний плясали у меня на языке, и потому я взяла рот на замок — боялась того, что оттуда выпадет, если я его открою.
Я шагнула вперед, сокращая оставшееся расстояние.
"Но я пошла вперед, и Ричард шагнул назад и лишь потом сообразил, что сделал. Я шагнула к нему еще раз, и он остался на месте. Я шла, пока пышная юбка моего платья не задела его ноги — накрыла краем носки его начищенных сапог. Мы стояли так близко, что намного естественнее нам было бы соприкоснуться, чем стоять просто так.