– А ты точно не сбежишь?
– С такими трубками? – Я посмотрела на аппарат, к которому была подключена, – Если только ты их вытащишь. Не бойся, мне пока не по силам встать с этой кровати.
– Тебе-то не по силам?! Ты ж ненормальная. Разве бывают вещи, которые тебе не по силам? Ты хитрая бестия, можешь и с трубками отсюда свалить.
– Нет, мне еще рано. Пока рано. Как буду готова, я тебе скажу.
– А тебя не убьют в мое отсутствие?
– Не должны. А с чего ты стал такой беспокойный?
Хочешь честно отработать свои деньги? Считай, что у тебя получается, – улыбнулась я.
Когда он удалился, я закрыла глаза и горько заплакала. Выкарабкалась, черт бы вас всех побрал. Марк, Любка, я сделала, что вы просили, осталась жить.
Через несколько дней меня перевели в платную палату. Мое состояние потихоньку стало улучшаться, но самостоятельно вставать я еще не могла. Сашка бегал ко мне каждый день, сидел часами. Все время пытал меня насчет правды, которую ему никто не собирался рассказывать.
Но меня больше беспокоило другое. Мне везде чудился Комар. Я ждала его в любую минуту, но он не появлялся.
Может быть, он решил, что убил меня, и вернулся обратно в Москву. Я молила Бога, чтобы это было так. Чувство страха ни на минуту не покидало меня и с каждым днем усиливалось. Меня постоянно мучило какое-то дурное предчувствие. Я не знала, с какой стороны придет беда.
Платная палата была с импортным телевизором и холодильником. Правда, с горячей водой здесь напряженка.
С утра мне ставили капельницы и делали уколы.
В отделении обо мне складывали легенды. Слухи были самые противоречивые. Когда дверь в палату была открыта, больные считали своим долгом заглянуть в нее.
Одни говорили, что я жена криминального авторитета, на которого было покушение, а досталось мне. Другие уверяли, что я крупная коммерсантка, скрывающаяся от своих крышевых, задолжав им большую сумму.
Наконец пришел день, когда из меня вынули все трубки.