– Придумала тоже.
Вот сукин сын! Я уже вышла из того возраста, чтобы пить такую водку Дешевый мужик – дешевое пойло. Аксиома, ничего не поделаешь, черт побери. Он только не учел одного, я-то не дешевая баба.
– Ладно тебе. Куда я побегу, если повсюду люди Касьяна дежурят. Некуда мне бежать. Знаешь, а я не жалею, что попала в такую заварушку. Зато тебя встретила. Я еще в машине на тебя глаз положила, только ты повел себя ни самым корректным образом.
Комар покраснел, как наливное яблочко, и, разлив водку, осушил свою дозу залпом.
– Как же ты могла глаз на меня в машине положить, у тебя ведь глаза были шарфом завязаны.
– До того, как ты мне их завязал, у меня была пара минут, чтобы тебя внимательно изучить, – выкрутилась я.
От водки голова стала раскалываться. Если выживу, обязательно пойду к врачу, уж совсем мне худо. Так худо, что хуже не бывает.
Комар так сильно волновался, что моментально опьянел. Он хлестал одну задругой и с опаской смотрел на меня.
– И чего ты во мне нашла?! Ума не приложу. Почему я, а не Касьян?! Он у нас крутой, а я так, шестерка.
Я взяла его руку и засунула себе в трусики. Комар подавился солянкой и закашлялся. Постучав его по спине, я продвинула его руку дальше, чтобы пальцы стали мокрыми и горячими, такими же, как моя нижняя, зовущая часть.
– Я хочу тебя, Сережа, только не так по-скотски, как ты обычно трахаешься, а так, как совокупляются два любящих тела. Встань.
Ошарашенный Комар встал, его трясло как в лихорадке, мне даже показалось, что он вот-вот свалится.
– Что у тебя в кармане?
– Газовая пушка, переделанная в боевую.
– Вытащи ее. Зачем она сейчас?! У тебя в штанах должна быть другая пушка, покажи мне ее размеры.
Комар затрясся и выложил на стол пистолет. Затем уставился на меня своими выпученными и бестолковыми глазами. На столе лежал охотничий нож, которым Комар резал хлеб.
– Красивый. – Я взяла и повертела его в руках.
– Это мне отец подарил. Я с ним на охоту езжу.
"– Да никто меня не выкупит. Сережа; скажи мне правду, кто звонил?
– Кто, кто! Муж твой.
От этих слов меня аж передернуло. И я решила больше не говорить на эту тему Дабы не беспокоить и без того взвинченные нервы.