Если бы я была одна, другое дело, но я даже в таком состоянии ощущала, что капитан находится рядом.
— Мне, — начала я, но голос совсем охрип, отчего я закашляла. Ощутив возле губ твердый край кружки, глотнула воды, а после обессилено откинулась назад на подушку. — Спасибо, господин капитан. Я хотела бы вас попросить оставить меня ненадолго одну."
"— Вы уверены, миледи? — спросил Эллингтон.
В его голосе слышалось сожаление и что-то еще. Что-то похожее на интерес. Мне вдруг показалось, что капитану любопытно: сдержусь ли я или сорвусь в безобразную истерику со слезами, воем, соплями и объятиями.
— Да, — ответила я максимально спокойно. — Мне нужно минут пятнадцать, мистер Эллингтон.
Капитан явно нехотя поднялся, подошел к двери и остановился. Повернувшись ко мне, он смерил меня чуть прищуренным, задумчивым взглядом, а потом чему-то кивнул.
— Я распоряжусь о завтраке для вас, миледи, — сказал он, замирая, словно ожидал от меня ответа.
— Буду вам очень благодарна, капитан, — я слабо улыбнулась, а потом, стоило ему все-таки выйти, крепко зажмурилась.
Спустя пару мгновений слезы потекли по моим вискам. Я тихо дышала, стараясь не всхлипывать и не кричать. Горло сдавливало так, что я едва могла проталкивать ставший тяжелым и горячим воздух в легкие. Приподняв кое-как руки и закрыла ими лицо, стараясь успокоиться, но получалось плохо.
Я убила человека.
Боже всемилостивый, это невозможно! Я лишила жизни живое существо. Это было просто ужасно и не укладывалось в моей голове. Я просто не представляла, что с этим делать. Да, я не видела этого, но мое воображение работало слишком хорошо, поэтому перед глазами так и вставала картинка того, как незнакомый человек начинает в одно мгновение истекать кровью.
— Он хотел убить меня, — прошептала я, отрывая руки от лица и начиная часто моргать. — Я защищалась. Защищалась.
Убеждения нехотя, но работали. Постепенно слезы остановились, а сердцебиение замедлилось, хотя я точно знала, любое неосторожное слово может спровоцировать новый виток.
Вздохнув так глубоко, что заболели легкие, я выдохнула и принялась вытирать лицо одеялом. Сомневаюсь, что это поможет — глаза наверняка красные, — но мне не хотелось, чтобы кто-нибудь видел мои слезы.
В этот момент в комнату тихо постучали.