— Спасибо, я с удовольствием приму ваше приглашение, миледи.
Капитан кивнул и чуть отстал. А я вздохнула и, оперевшись затылком о стену, прикрыла глаза, выуживая из памяти все, что Бриана знала о столичном доме. В нем она бывала всего пару раз, да и то, только в одной комнате. Негусто.
К поместью мы добрались в сумерках. Выйдя на улицу, я окинула взглядом дом. Своей архитектурой он напоминал старинный замок, который кто-то немного облагородил. Построенный из темного камня, дом возвышался вверх и давил на своих гостей.
Нам навстречу вышли несколько человек. В очень пожилой женщине я узнала няню Кадмуса — миссис Кэролл. Молодую служанку рядом я не знала, а вот высокий мужчина лет пятидесяти, опирающийся на трость, меня заинтересовал. Бриана видела его всего один раз. Лично ей этот человек был безразличен, а вот я не могла поверить в свою удачу.
— Мистер Атчесон? — спросила осторожно, надеясь, что оказалась права.
— Кхм, — мужчина чуть нахмурился, явно не узнавая меня, но спустя пару секунд на его лице появилось узнавание.
Разгладив двумя движениями пышные усы, он торопливо спустился с крыльца, заметно при этом прихрамывая. Подойдя, он всмотрелся еще раз в мое лицо, а потом подхватил руку и поцеловал воздух над ней.
— Рад видеть вам, миледи, — сказал он, выпрямляясь. — Я сожалею вашей утрате. Кадмус был прекрасным человеком, жаль, что он ушел столь рано.
Судя по тому, что Атчесон назвал отца Брианы по имени, они вполне могли быть хорошими друзьями.
— Спасибо, — поблагодарила я мужчину. — Мистер Атчесон, хорошо, что я встретила вас здесь.
— Признаться, это чистая случайность. Я приехал всего пару часов назад и с утра собирался обратно в город, — произнес Атчесон, внимательно разглядывая меня. — Вы ведь получили письмо Кадмуса и документы? Поэтому вы здесь?
— Верно, мистер Атчесон. Но для начала я хотела бы познакомить вас с господином капитаном, который вызвался сопроводить меня.
— Рад знакомству, — отозвался Эллингтон, наклонив едва уловимо голову.
— Я тоже весьма рад, господин королевский капитан, — поклон Атчесона был гораздо глубже, чем у капитана. Это говорило о том, что по социальной лестнице Теодор находится гораздо выше, чем управляющий.
После этого возникла чуть напряженная тишина.