Она вела в помещение вроде гостиной, с маленькими столиками и так называемыми мягкими креслами, обтянутыми кретоном с унылым узором. Три пожилые дамы и один сурового вида старый джентльмен подняли головы и с ненавистью уставились на незваного пришельца. Эркюль Пуаро покраснел и удалился.
Он пошел дальше по коридору и подошел к лестнице. Направо коридор под прямым углом вел, очевидно, в столовую. Немного дальше по этому коридору была дверь с надписью «Офис».
Пуаро постучал в нее. Не получив ответа, он открыл дверь и заглянул внутрь.
Грустного вида девушка в грязном переднике шаркающей походкой ходила по комнате с корзинкой ножей и вилок, которые выкладывала на столики.
– Простите, – извинился Эркюль Пуаро, – но не могу ли я видеть заведующую?
Девушка взглянула на него тусклыми глазами и ответила:
– Не знаю, эт точно.
– В офисе никого нет, – сказал Пуаро.
– Ну, я не знаю, где она может быть, эт точно.
– Может быть, – терпеливо и настойчиво произнес сыщик, – вы можете это выяснить?
– Ну, посмотрим, что я смогу сделать.
Пуаро поблагодарил ее и снова вышел в прихожую, не рискуя встретить злобные взгляды обитателей гостиной. Он смотрел на обитую сукном стойку для писем, когда шуршание и сильный запах девонширских фиалок возвестили о появлении заведующей.
Миссис Харт была сама любезность.
– Мне так жаль, что вы не нашли меня в офисе, – воскликнула она.
– Не совсем так, – тихо ответил Эркюль Пуаро. – Я хотел узнать, не проживал ли здесь недавно один из моих друзей. Некий капитан Кёртис.
– Кёртис! – воскликнула миссис Харт. – Капитан Кёртис? Погодите, где я слышала это имя?
Пуаро ей не помог. Она раздраженно покачала головой.
– Значит, у вас здесь не живет капитан Кёртис? – уточнил сыщик.
– В последнее время – точно нет. И все-таки, знаете, это имя мне, безусловно, знакомо... Вы можете описать своего друга?
– Это было бы сложно.
– Конечно, такое случается.
– Что вы делаете с такими письмами?
– Ну, мы храним их некоторое время... Понимаете, это может означать, что данный человек скоро приедет сюда. Конечно, если письмо или посылка здесь уже долго, невостребованные, их возвращают на почту.
Эркюль Пуаро задумчиво кивнул:
– Я понимаю.