— Так, что тут у нас? — с другой стороны рядом с Лерой опустился Колобок и по-обыкновению деловито закопался в аптечке, ласково приговаривая. — Ну, хватит, хватит. Слезами горю не поможешь, тут доктор нужен. А он уже здесь.
Столпившиеся в каюте и коридоре мужчины следили за медиком, боясь взглянуть друг другу в глаза.
— А мне кто-нибудь поможет? — жалобно захныкал привалившийся к койке Василь.
— Потерпишь! — не поворачиваясь, прорычал Азат. — Скажи спасибо, что я тебе шею не свернул… пан!
Пока медик возился с Лерой, из каюты снова послышался голос Ежи:
— Мы жили в колонии, подобной Пионерской.
— Теперь-то ясно, почему у вас отряд сплошь из молчунов состоит, — кивнул сам себе Савельев. — Они по-русски если и могут, акцентище наверняка ого-го, а? А ты ничего, справляешься, — оценил он произношение Ежи.
— Мать русская, — нехотя объяснил тот. — Не суть. Вы про дело спрашивали, так? Ну слушайте. В одном из оставленных немцами бункеров группа поисковиков раскопала секретный архив с описаниями некоторых тайных операций Рейха в Атлантике и указаниями местонахождения базы «Двести одиннадцать». Ключ к хоть и призрачному, но все же — шансу вернуть человечество на поверхность обошелся нам всего в пол-ящика патронов и тюбик зубной пасты.
— А книга-то эта вам на хрена?! — потряс подобранным с пола «Майн кампфом» вконец огорошенный Тарас.
Марк пожал плечами:
— Она вместе с остальной документацией хранилась.
— Ладно, черт с вами! — махнул рукой старпом и повернулся к поднявшемуся Азату: — Двигаться можем?
— Так точно, — кивнул тот.
— А с тобой мы еще не закончили, — Азат хмуро кивнул Василю.
— Что, зазнобу твою напугал? — через силу окрысился тот.
— Остынь! — Тарас положил руку на плечо шагнувшего вперед парня. — Не сейчас.
— Ну вот, — тем временем, закончив перебинтовывать рану, улыбнулся всхлипнувшей девушке Колобок. — Обыкновенная царапина, до свадьбы заживет. Если опять не сбежишь, конечно.
Хотя по щекам все еще бежали слезы, Лера постаралась улыбнуться.