– Но что насчёт детей? Тебе ведь нужен наследник, а я...
– А мы никому не скажем, – прервал меня Сириус и, глядя на меня с хитринкой, приложил палец к губам. – В жизни случается всякое, у меня внебрачных детей нет. Пусть все думают, что я виноват.
Я только с улыбкой покачала головой и уже собиралась безответственно на всё согласиться, как вдруг Сириус меня прервал.
– Подожди! – внезапно попросил он. – Не торопись, подумай пока. Ответишь после полуночи, а пока у нас последние минуты подготовки.
И чувствовалось в его голосе этого самоуверенного сильного дракона такое забавное волнение, что я невольно растаяла.
58
Маленькие огоньки-фонарики покрывал всю площадь пещеры – настолько мне понравился артефакт для розжига. Сириус закончил с мясом, гарниром из заграничной консервации и разливал по бокалам вино. Буквально в последний момент я заставила князя достать мне то самое драконье платье из его бесконечного чемодана и помочь его надеть.
– Не понимаю, – ворчал Сириус, воюя с застёжками, – зачем его одевать, если потом всё равно снимать?
– Чтобы встретить праздник рождения красивой! – невозмутимо заявила я, чуть прикусывая губу, чтобы себя не выдать.
Я ведь могла справиться и самостоятельно, но так хотелось подразнить мужчину, который с трепетом путался в маленьких крючках и иногда украдкой позволял себе погладить мою обнажённую кожу.
– Жалко, что я без косметики и не с парадной причёской, – посетовала я, а Сириус в этот момент, наконец, завершил мои короткие сборы.
Обняв меня за талию, он перекинул волосы на одно плечо, чтобы освободить себе место для манёвра. Не успела я вздохнуть, как его губы коснулись кожи на моей шее. Всё тело словно затрепетало, от изящной ласки у меня изо рта вырвался непроизвольный вздох. Хоть всё происходящее и казалось несвоевременным и излишне волнующим, я не зажалась, а лишь сильнее раскрывалась, позволяя князю меня распалять.
– Мне, конечно, нравится видеть тебя в красивых платьях, но всё же без одежды ты выглядишь лучше всего, – буквально промурлыкал Сириус, совершенно сводя меня с ума своим дыханием.
Не знаю, кому он мстил – мне или себе, но мы оба чуть поправили одежду и, словно ничего не происходило, поспешно устроились за столом.