— Как только ты становишься студентом, ты больше ничего не берешь от своей семьи.
Через несколько минут Андерс уставился на тонкие монеты, лежащие у него на ладони, на которых были выбиты узоры, чтобы показать их ценность. Деньги, все его собственные, только для того, чтобы купить что-нибудь. Это казалось невозможной, нелогичной роскошью, и никто из его соседей по комнате — его друзей — казалось, не считал это необычным вообще.
Всю свою жизнь он видел, как квартеты студентов Академии Ульфара бродили по городу.
Когда они проходили через ворота, его пронзило чувство вины. Что он делал, думая о стае, о семье, не думая о Рейне? Он прикусил губу, пообещав себе, что ускользнет от остальных, как только представится такая возможность.
— Мы можем сначала пойти к аптекарю? — спросила Виктория, когда они миновали ворота, выходя на резкий холод, который, казалось, чуть ли не грозил снегопадом.
Сакариас и Лисабет застонали, но все четверо повернули направо по Улфарстрат, и Виктория слегка подпрыгнула от возбуждения, такой оживленной Андерс ее видел впервые.
— Только не забудь, что потом мы пойдем в кондитерскую, — напомнил ей Сакариас, шагая в ногу с Андерсом. Они шли по улице группой, проходя мимо пары взрослых из гвардии на патрулировании, которые проверяли каждого, кто шел по оживленной улице.
Они с Рейной всегда избегали патрулей, опасаясь, что их потрепанная одежда и грязные лица могут привести их обратно в сиротский приют, но, похоже, у честных граждан Холбарда были свои собственные разочарования.
Четверо студентов прошли мимо патруля, даже не остановившись, и там, где несколько недель назад Андерс осторожно пробирался сквозь толпу, теперь он обнаружил, что они уступили ему дорогу… теперь, когда женщина в темно-зеленом платье и пальто столкнулась с ним, она извинилась, отступая с его пути.
Она поймала его взгляд и смотрела на него слишком долго, и он понял, что не может отвести взгляд, пятясь за остальными, чтобы не спускать с нее глаз. Почему она так пристально смотрит?
Узнала ли она его?
Она порылась в кармане и, пока Андерс наблюдал за ней, вытащила что-то, держа это так, словно хотела показать ему.