Вероятнее всего, и Алексей вскоре перешагнет порог этой квартиры, по-медвежьи потопчется на месте и спросит, где ему отвели угол. Все же существовала опасность, что Латынин мог заподозрить измену и косой пройтись по свидетелям и исполнителям. А Гришин…
Что ж, Николай, взяв инициативу на себя, себе же и не принадлежал.
– А зачем придет журналист? – нахмурилась девушка и чуть отстранилась от своего любовника.
Марк повторился, не предполагая, что самые безопасные, на его взгляд, стены с сегодняшнего вечера стали прозрачными.
31
15 декабря, суббота
Щедрин торопился. Поставив машину на стоянку, до квартиры Савицкой он добрался с двумя пересадками. В голове стояло предостережение Марка: «При любой нестандартной ситуации делай ноги. Самое безопасное место считаю у Савицкой».
Обстоятельства, перед которыми поставил Марковцев журналиста, типовыми никак не назовешь. Типовыми бывают квартиры, вот как его «трешка»-распашонка; и будто в насмешку Алексей менял ее на нестандартные еврохоромы Элеоноры Савицкой.
Делай ноги. Вали в безопасное место.
Марк перешагнул черту и подмигнул напарнику: «Чего ждешь? За мной!»
Бравый командир!
Хвоста нет. Кажется. Предупредительно позвонить Савицкой по сотовому? «Не те цели преследую», – сурово обрубил правила современного этикета Алексей.
Ах как пахла его подушка в ту ночь! Ночь, когда он набивал желудок в ресторане, а Марк тем временем угощался в его спальне очаровательной человечиной. Черт с ним, с Марком, хотя и его голова лежала на той же подушке.
Марк прав: квартира Элеоноры – самое безопасное место. Находиться там даже в качестве беглеца и то приятно.
Алексей за последние дни немного похудел. Жаль, не побрился сегодня.
Он долго стоял перед дверью Савицкой, приводя дыхание в норму. Что-то похожее он испытал, когда пялился в «глазок» своей квартиры и поджидал Марка.
– Здравствуйте. Алексей Щедрин, – привычно представился журналист.