Терпеть противный бас заместителя директора ФСБ.
Глава XIX
ИЗ СЕРДЦА ВОН
«…Согласно последним данным, основная группа боевиков по-прежнему блокирована в районе горы Сахарная Голова. Если боевики Дато Шенгелия могут мелкими группами или поодиночке еще как-то просочиться через кольцо окружения и рассеяться в своих селах, то для чеченцев и арабов дело принимает совсем худой оборот. До Панкисского ущелья, а тем более до Чечни далеко».
57
Москва, 3 января 2002 года
Гущина навытяжку стояла перед начальником ГРУ и, не поворачивая головы, глазами следила за его передвижениями по кабинету.
Ленц не имел привычки начинать разговор издалека, но для Гущиной сделал исключение. Он с полминуты разглядывал ее обветренное лицо, остановился на слегка подкрашенных губах и ресницах, на которых не было ни тени туши.
– Почему ушли со службы?
– По причине повышения и представления очередного звания, товарищ генерал-полковник, – отчеканила Елена.
– Не понял.
– Я проходила службу в офицерской роте спецназа.
Ленц покивал. Особые подразделения, состоящие из офицеров, эффективны в одном плане, но проигрывают в другом. На подготовку бойца (это пять-шесть лет) уходит ровно столько времени, сколько требуется ему, чтобы получить повышение.
– Где вам предложили проходить службу?
– В отделе разведки штаба армии.
– Почему отказались? – ГРУ, как на трех китах, держалось на разведотделах и разведуправлениях в армиях, военных округах и подразделениях спецназа.
– Я боевой офицер, товарищ генерал-полковник, а не штабист. В строевой части на меня уже был готов приказ на прохождение службы в штабе армии.
– Выходит, вы не выполнили приказ?
– Так точно, товарищ генерал-полковник, – повинилась Гущина, не опуская головы, – не оправдала.
– Хотите вернуться на службу?
– Никак нет. Планирую обзавестись ребенком.
Ленц удивленно поднял бровь:
– Только ребенком? Садитесь."
"– Уж я воспитаю его как надо, – чуточку рискованно ответила Гущина, замечая улыбку на лице Спрута.
– Так, шутки в сторону, докладывайте все по порядку. После напишете подробный рапорт.