Бракованный, хоть и принц. В нем души нет. А смазливое лицо, богатство и брутальность – это ценность только для наивных девочек.
В сорок семь понимаешь, что для отношений нужен единомышленник и друг, а потом любовник. Тот, с кем хорошо – вот кто нужен. Плохо мы и одни жить можем. Принц Реиган – мужчина, для которого женщина – расходным материал. Изгнать его из мыслей, и дело с концом.
– Как нам теперь жить? – Элизабет обреченно откидывается на спинку сидения. – От меня все отреклись. Я жива лишь потому, что согласилась поехать с вами.
– Ну, раз поехала, чего жалеть? Дело сделано, – говорю я, укладываясь поудобнее в уголке: – Я всю ночь не спала. Разбудите, когда приедем.
А мысли о муже все еще шевелились в голове и не разбегались даже от моих усилий. А еще у меня холодели руки, стоило подумать, через что пришлось пройти бывшей хозяйке моего тела. Терпеть пренебрежение – это полбеды, а вот быть принужденной к супружескому долгу – совсем другое дело.
Принцесса Саореля любила когда-то другого мужчину.
Морщусь. Даже думать об этом не хочется. У меня есть целый месяц – прочь хандру.
Для начала мне нужно увидеть Рьен и понять, как именно в нем обустроиться. А затем изучить местные порядки и законы. В конце концов, мне нужно узнать на каком уровне здесь медицина.
Раз такое дело, надо вертеться. Единственное, чего боюсь, что рано или поздно Реиган явится по мою душу.
Под мерный скрип колес я медленно засыпаю. Я не железная, мне тоже бывает страшно. Этот новый мир может быть особенно враждебен к женщине, тем более, к принцессе чужого государства.
***
Мы добираемся до Рьена только ночью. Сдвигаю шторку на окошке кареты и вижу большое двухэтажное каменное строение, увитое виноградной лозой, словно в мрачной сказке.
– Боги, – стонет Элизабет, когда один из всадников открывает дверцу и протягивает руку, чтобы помочь нам спуститься на землю.
Оглядевшись, я вздыхаю полной грудью – проживем. Отчаиваться рано, здесь, по меньшей мере, красивые закаты. Из треклятой дыры порой виден просвет в лучшую жизнь!"
"Софи тоже выгружается из кареты. По каменному выражению лица служанки угадать ее настроение невозможно. Но убитой горем она не выглядит. Эта женщина – серый кардинал, ей-богу. И если Элизабет проста, как пять копеек, то Софи – агент «007» под прикрытием, не иначе.