Потом, пока Шарбонно улыбался ему и заказывал еще вина, Роб торжественно съел остальные маслины из этого ряда, прокладывая себе путь через оставшиеся пять стран.
23. В чужой стране
Франция была не такой однотонно-зеленой, как Англия, но здесь было больше солнца. Небо казалось более высоким, и преобладал синий цвет. Как и на родине Роба, большую часть страны покрывали леса. Это был край удивительно ухоженных крестьянских усадеб, там и сям высились каменные замки, привычные в сельской местности; впрочем, некоторые сеньоры жили в просторных деревянных домах, каких в Англии не встретишь.
– У вас многие хозяйственные постройки в усадьбах не имеют крыши! – заметил он.
– Здесь дожди идут не так часто, как в Англии, – объяснил Шарбонно. – Некоторые крестьяне обмолачивают зерно на открытых токах.
Шарбонно ехал верхом на крупной смирной лошади, светло-серой, почти белой. Оружие у него, судя по всему, побывало в деле не раз и выглядело ухоженным.
"Каждую усадьбу окружали сады, стоявшие сейчас в пышном цвету. В нескольких местах Роб делал остановки, желая купить крепкие напитки. Метеглина он нигде не нашел и купил бочку яблочного вина, весьма похожего на то, которого ему довелось отведать в Кале. Как выяснилось, из него получается превосходное Особое Снадобье от Всех Болезней.
Самые лучшие дороги здесь, как и повсюду, были построены в стародавние времена римлянами для переброски своих войск – широкие и удобные, прямые как стрела. Шарбонно говорил о них с любовью:
– Они везде, это целая сеть, которая покрывает весь мир. Если бы ты захотел, то мог бы проехать по таким дорогам до самого Рима.
И все же у столба с указателем на деревню Кодри Роб повернул Лошадь на проселочную дорогу. Шарбонно этого не одобрил:
– Опасно здесь, на лесных тропках.
– Приходится по ним ездить, чтобы делать свое дело. До малых деревушек иначе не доберешься. Я дую в рог, привык уже.
Шарбонно пожал плечами.
Домики деревни Кодри имели остроконечные крыши, крытые либо соломой, либо тонкими ветками. Женщины готовили пищу во дворах, где стояли дощатые столы и скамьи у очага, накрытого от солнца грубым навесом. Навес опирался на четыре толстых столба, вытесанных из стволов молодых деревьев.