Вот тут я поняла, как ей плохо и как она устала, — слезы по Катиному лицу уже текли вовсю. — Меня чуть не вырвало от страха за нее. Но Алина настоящий боец, собралась и догребла. Моя сильная девочка.
И сгребла меня в крепкие объятия, откуда у нее столько силы?
Все сидели с каменными лицами, у Маши вообще глаза были на мокром месте. Тимошка и Ксюша схватились друг за друга, как будто их вот-вот кто-то разлучит, Миша смотрел в одну точку, Женя схватился за голову и также как и Миша смотрел в пустоту. Дима буравил меня взглядом, на скулах у него играли желваки.
Один Вадим был занят делом и подкидывал дрова в огонь.
— Так, ребятки. Все закончилось и закончилось хорошо, — сказал он спустя несколько минут тишины и Катиных всхлипов. — Ситуации в жизни бывают разные, хорошо, что Алина нашла в себе силы и доплыла до берега. Алин, — обратился он ко мне, — ты правда большая умничка, не каждый мужик бы смог сделать то, что сделала ты. И молодец, что не стала в лодку лезть, когда поняла, что ее шатает.
Все кинулись смотреть на Катину ногу, она действительно опухла сильно.
Мы быстро собрали свои вещи, над подругой коршуном стоял Женя и не давал сделать и шага без него. Меня это все умиляло, а Игнатьеву бесило, хотя вполне возможно она просто делала вид.
Перед самым отъездом мы распрощались со всеми, договариваясь встретиться вновь, но уже без драк и приключений. Вадим даже соорудил нам в дорогу бутерброды и термос с горячим чаем. Настоящий хозяин.
В начале пути мы вяло переговаривались, настроения не было ни у кого.
Голова была совершенно пустая. Такое чувство, что там, в ледяной воде, я переродилась. Не было никаких тревог и переживаний, страхов и обид. Рассматривая картинки за окном, я и сама не заметила, как провалилась в глубокий сон, в котором мне почему-то не снилось ничего, но было безумно хорошо.