Близким нужно помогать, а не обременять.
– А кто обременяет! – вскинулась Настя. – Ты на меня намекаешь?!
– Ну, – неожиданно сказала мать и так же неожиданно поцеловала ее в нос, – иногда ты бываешь совершенно невыносима.
– Это пройдет, – проговорила бабушка уверенно. – Нужно время. Время и немного работы над собой.
– Опять работа над собой! – пробормотала Настя.
– А как же?! Вся жизнь состоит из этой работы. Иначе непонятно, зачем она нужна, жизнь.
Когда Настя пришла в свою комнату, Джессика давно спала. Настя открыла компьютер и тотчас же закрыла: ей хотелось рассказать обо всем Дане, но его нет в социальных сетях.
Она посидела у окна. Голова была странно пустой и легкой, словно там основательно проветрили.
Она смотрела в сад, представляла, как завтра расскажет Дане о том, что жизнь, оказывается, обман и зыбкость, а потом немного поплакала.
Плакать быстро надоело – сегодняшние слезы не годились в «актерскую копилку», где-то она про такую читала.
Настя залезла под одеяло, подумала и взяла отцовскую книжку, над которой страдала вчера. Настя принялась за нее с совершенно новым чувством, как за нечто решительно ей незнакомое.
…Приключение.
Как давно не было никаких приключений, а тут вдруг – на тебе!.. Предстоит, и самое настоящее.
Марина немного волновалась, и от волнения помолодела.
…Что брать с собой? Нужно трезво оценить и… представить себе, что может понадобиться в такой долгой отлучке, целых два дня.
Как только она начинала представлять, волнение нарастало.
Нет, нет. Нужно трезво оценить. Когда-то – это было так давно, что она забыла, а теперь вот вспомнила от волнения, – она любила наряжаться. И у нее, представьте себе, были наряды!.. И даже довольно много.
С нарядами у нее сложились свои особые отношения.
В музее, где она работала, принято было выглядеть хорошо. И сотрудницы очень старались, изо всех сил. Разумеется, как большинство интеллигентных женщин семидесятых годов, они не умели ни шить, ни вязать, да и вообще бытовая беспомощность считалась признаком аристократизма и высокой духовности.
Помнится, Марина долго и тщательно скрывала от коллег и подруг, что все умеет – и готовить, и печь, и убирать. Может даже скроить и сшить шапку, если вдруг перепадала какая-нибудь шкурка!.. Подруги приняли бы все эти умения с любопытством и легкой брезгливостью – так рассматривают на выставках фотографии «Женщина затерянного африканского племени за самодельным ткацким станком».