– Вот и хорошо, что в ремонте, пусть официально и остаётся в этом состоянии, никто из посторонних не обратит на него внимание. Но крейсер уже готов к походу, а во-вторых, на него можно будет установить готовый к испытаниям «замерзатель», найденный на Венере. Если, конечно, это именно «замерзатель». На это по оценке экспертов потребуется не больше двух суток.
Строганов снова повторил свой фирменный жест: потёр переносицу.
– Твоими бы устами да мёд пить.
– Я сам не возразил бы выпить медку… с хмелем.
– Раз плюнуть? – усмехнулся Строганов. – Впрочем, в этом я не сомневаюсь. Как говорится, мастерство не пропьёшь, так? Всех к наградам, если сделают быстро! Ставьте «замерзатель», я приду посмотреть, как он выглядит.
Руководитель Коскора разорвал связь, и Головин поспешил на Североморскую верфь, где шли работы по восстановлению «Ра» – самого мощного космического крейсера Солнечной системы.
Глава 16. Операция на опухоли
Первую пульсацию «насекомых» они развеяли легко: дружный залп из восьми «универсалов» (пять – из плечевых излучателей, три – излучатели «терминаторов») испарил практически всю колонну наноботов, принявшую форму змеи.
– Может, отступим? – нерешительно сказал Артур, до этого момента никогда не участвовавший в боевых операциях.
– Спросите у этого товарища, – кивнул на пушистика Терехов, – можно ли выбраться из Опухоли через другой люк.
– Попробуем, – с сомнением ответил Рушевский.
Задали вопрос лингверу, тот перевёл его на язык пушистиков: раздался звук, не отличимый от скрипа ножа по стеклу.
Услышав скрип, человеко-шмель зашевелился в своём «слоновьем» кресле. Раздался ответный скрип. Лингвер перевёл фразу на русский язык, хотя говорил с паузами, иногда повторяясь:
– Выходы… существовать… четыре… нет, шесть… два заблокированы… нет, три… два повреждены…
– Так сколько ещё уцелевших? – рассердился Терехов. – Где они располагаются, в каком отсеке Опухоли?
Лингвер снова выдал порцию скрипа.