А зараз… И на физиономию живописный, – делилась мнением долговязая Орина.
– Та ну, – у невозмутимой Софы скорлупа семечек вечно украшала губу.
– При часах, – заметила Галка.
Девчата хихикали, стараясь привлечь внимание Ивана. Красотка Варюся посмотрела из-за их спин и лишь прищурилась.
– В офицеры вышел, – говорил Маляс. – В городу учился… Не простой!
– Скажешь! – отозвалась Кривендиха. – Чого не простой? Мой Валерка его прутом стегал: яблуки с саду таскал. Фулиганил.
– То видения детства. А зараз офицер! Штатно-должносной оклад!
Взгляд Ивана пробежал по лицам.
Попеленко, оставив председателя, появился в нужный момент:
– Оно, конечно, семейная приятность! Но, як подумать, политический момент! Офицер с фронту! Положено собрать, послушать подвиги, отметить…
– Отметим! – сказал Иван многозначительно.
23
Он сноровисто выгреб из печи угли, насыпал в зев чугунного утюга.
…Серафима наслаждалась ролью любимой бабуси. Набросив на плечо отрез кремового файдешина, она крутилась перед тусклым, в пятнах, зеркалом:
– От материя! Файдешин! До чего ж ты до бабуси уважительный, Ваня!
Она притоптывала, заставляя материю развеваться:
Чий, чий каравай выше, чие дзицятко краше?Наш, наш каравай выше, наше дзицятко краше!Иван плюнул на палец, ткнул в отполированное днище утюга.
24
На улице показалась мокрая, замученная лошадь, тащившая телегу со стогом сена. Со стога свисал огромный сапог возницы.
Варя бросила взгляд на копешку сена, на сапог. Улыбка исчезла.
– Варька, тебе сено привезли, – сказала Орина.
– Ой, – сказала красотка и пошла следом за телегой.
– Везучая Варька! – вздохнула Малашка. – Ей все привозят, Мокевна хозяйство держит…
– То ж Варюська, – заметила Галка. – Нам до нее не доплюнуть.