– Дом двенадцать? Квартира восемьдесят три? Точно? Где Махмуд?
Галя покачала головой:
– Господи, ну как вы мне надоели! Который человек из ваших приходит, хоть жилплощадь меняй! Тебе нужен дом двенадцать, туда и ступай!
– Ишь какая злая, – обиделся мужчина, – я цифры знаю и читать умею. На углу табличка висит «Улица Ромова, двенадцать».
Галя вышла на лестницу и ткнула пальцем в окно.
– Вон, гляди, видишь башню блочную, точь-в-точь, как наша?
– Ну?
– Туда ступай, там живет твой Махмуд в восемьдесят третьей квартире.
– Это почему? – нахмурился незнакомец.
– Потому что наш дом двенадцать «а», соседний – просто двенадцатый, – пояснила Галя, – топай туда.
– На табличке написано «двенадцать».
Галя втянула меня в квартиру и быстро захлопнула дверь.
– Вот уроды!
– Кто? – поинтересовалась я, стаскивая ботиночки.
– Да все, – отмахнулась она, – постоянно мучаюсь. Сначала какие-то идиоты решили привесить к нашему дому букву, ну посуди сама, стоит башня ближе к дороге и отчего-то двенадцать «а».
Галя замолчала, передохнула и закончила:
– Мне же больше всех повезло. В том доме, в квартире восемьдесят три, то есть с номером, как у меня, живет баба, которая сдает комнаты кавказцам. Вот они все сюда сначала и ломятся. Боюсь, еще пристрелят, совсем дикие, морды протокольные! Ну за что мне этот геморрой?
– А ты в милицию пожалуйся, – посоветовала я, входя на кухню.
– Скажешь тоже, – отмахнулась Галя, – наш участковый с этих чеченцев живет, взятки с них собирает, нет, надо железную дверь поставить!
Еще полчаса я сочувствовала Гале, попавшей в неприятную ситуацию, потом оставила конверт с деньгами и ушла."
"Ленка и Олег в свое время жаловались на то, что в их почтовый ящик опускают письма, адресованные чужим людям. Лена, вечно желавшая всем помочь, бегала на почту и просила, чтобы почтальон не путал, но без толку.
Ростислав Приходько жил на севере Москвы.