– Вот я и остался на улице, голый да босый, – качал головой дядька, – спасибо, пустили люди в комнату, теперь езжу, побираюсь! Искал, искал свою доченьку, да не нашел, одна карточка осталась!
Порывшись в тряпье, которое прикрывало остатки ног, мужик вытащил снимок. Машка, и так уже находившаяся на грани обморока, чуть не умерла. Это была ее детская фотография.
– Ты хорошо знаешь этот снимок, – шептала девочка, размазывая по лицу остатки косметики, – я стою в розовом костюмчике, а на ногах тапочки в виде собачек.
– И ты решила помочь отцу?
Маня кивнула.
– Отчего такая большая сумма?
– В Америке за двести тысяч делают электронные протезы, – с отчаянием сообщила Маруся, – дядя Гера сказал, что будет ходить как с родными ногами.
– Его зовут Гера?
– Игорь просил обращаться к нему: «папа». Но я не могу пока, вот и придумала Геру, вроде не так официально.
– Почему мне не сказала?
– Дядя Гера очень просил: «Не говори никому, Машенька, не хочу в вашу семью вползать, мне бы только ноги новые…»
Я обняла девочку, чувствуя, как в душе разгорается злоба против негодяя.
– Маняша, включи воображение. Когда Рената вместе с Геной уехали в Америку, тебе не исполнилось еще и полугода.
– И что?
– А то! Дети в таком возрасте не умеют стоять. Фотография в розовом костюмчике сделана уже после отъезда Ренаты, тапочки тебе раздобыл Аркашка, купил возле магазина «Детский мир», у спекулянта. Эта фотография никак не могла попасть в руки твоего отца, мы с ним не знакомы. Ты стала жертвой афериста!
Маня раскрыла рот.
– Значит, дядя Гера – не мой папа?
– Нет, конечно, он мошенник, который специально поджидал тебя у школы!"
"– Но откуда у него снимок?
– Выясним, – пообещала я, – лучше скажи, куда ты должна доставить деньги?
– Домой к Гере.
– Адрес говори, – велела я и стала набирать номер Дегтярева.
Очень хочется изловить этого негодяя, но отправляться к нему одной страшно. Скорей всего, в квартире сидят здоровые, дееспособные мужчины, поджидающие глупую девочку с мешком долларов.
– Когда он велел привезти деньги?
– К девяти вечера, – сердито сказала Маня, – звонил мне на мобильный, интересовался, как дела.
– А ты?
– Попросила не нервничать, мол, сижу в банке, жду.
– Хорошо, – пробормотала я, – надеюсь, Александр Михайлович не теряет сейчас времени зря!
Около половины одиннадцатого я стояла на лестнице, прижимаясь спиной к ледяной стене. Несколько милиционеров в камуфляже разместились по бокам обшарпанной деревянной двери.